Новый год — это время, когда можно ожидать всего чего угодно. Возможность получить необычные подарки, предсказать встретившегося спутника жизни, или всего на одну ночь стать королевой, Белым Кроликом или Хозяйкой Медной горы. Лично мне удавалось несколько раз примерить на себя образ Снегурочки, один раз побыть мышонком и еще раз — ведьмой. И, между прочим, такие перевоплощения приносят неплохой доход, ведь в новогоднюю ночь людям нужны не только чудеса, но и развлекательные выступления.
В крупных городах за время новогодних праздников артисты могут заработать приличные суммы, порой хватит на полгода вперед. Тем не менее, конкуренция между Дедами Морозами порой приводит к настоящим конфликтам. В нашем Сызране все несколько иначе — нам повезло с работой, и, как правило, платят столько, сколько предложат. В случае удачи можно накопить на что-то значительное, как, например, новый телевизор, а в среднем — просто сделать праздничный стол более сытным. Однако какие бы обстоятельства ни сложились, яркие эмоции и впечатления гарантированы.
Мэрские забавы
Наименее благодарная и плохо оплачиваемая работа в новогодний период — это мэрский бал. Написание сценария для этого мероприятия может быть настоящим испытанием, так как он должен быть утверждён в различных инстанциях, и исправления могут потребоваться разнообразные, в зависимости от количества рецензентов. Однако оплата за такую работу осуществляется по расценкам, как за сверхурочные. Для тех, кто не знает, это предусмотренная шкала тарифов для бюджетных работников.
В 1996 году подготовка к балу шла целых три дня, артисты вместе с другими театральными службами трудились, фактически не покладая рук. Мероприятие проходило в два дня: первый — 28 декабря — был для широкой публики, второй — 29 декабря — для мэровских гостей.
Утром 28 декабря состоялся настоящий апокалипсис: в центре города из-за аварии отключили отопление. На сцене было всего +12 градусов, а в зале температура была не намного выше. К счастью, зрители оказались закалёнными морозами — ни один билет не был возвращён. Артисты, в свою очередь, способны выступать в любых условиях. Однако бал для обычной публики запомнился курьезом: Дед Мороз по имени Сергей Перебоев стал так любим зрительницами, что они не желали его отпускать. Артисту пришлось буквально освобождаться от женщин, бросающихся ему на шею, и одновременно защищать Снегурочку от напористых поклонников.
На следующий день в театре потеплело: температура на сцене поднялась до +15 градусов. Для мэра была организована дополнительная репетиция, растянувшаяся с утра до вечера. При этом никто не подумал, что артистам тоже необходимо поесть. Театральный бар в тот день работал только на мэра и его банкет, а работникам театра не удалось даже купить себе кофе с бутербродом — их туда просто не пустили.
На банкете театральные работники наконец-то оказались за столами с угощениями. Но тут случился ужас! Кто-то из них осмелился взять бутерброды с стола мэра. По словам свидетелей, мэр очень возмущённо отреагировал на такую дерзость и потребовал накрыть ему отдельный стол в изолированном помещении. Последствия такого проступка тоже были непростительными: артистам, вложившим силы и старания, заплатили лишь 30 рублей вместо обещанных 70 за изнуряющую работу.
Тем не менее, этот бал вошёл в анналы не только из-за стоимости бутербродов для артистов. Тут произошла одна поистине новогодняя история.
Настоящий полковник
На самом деле, свидетели умалчивают, был ли наш герой действительно полковником. Если и был, то полковником каких войск. Тем не менее, в историю он вошёл как полковник. Событие произошло так. На балу, во время банкета, полковник подошёл к одной из актрис и воскликнул: «Девушка, я всю жизнь вас ждал! Выходите за меня замуж!». Девушка, не раздумывая, схватила полковника под руку и повела его в гримёрную. Там она представила его своим коллегам: «Это мой будущий муж!». Те, кто не видели предыдущих сцен, могли наблюдать следующую: в гримерной, среди артистов, немного выпивших, сидел абсолютно трезвый мужчина в повседневной одежде, с легким ужасом созерцающий действие. На все вопросы о том, кто это, отвечали кратко: «Это жених Н.».
Тем не менее, первое испытание полковник выдержал сильно. Он продолжал ухаживать за Н., водя её по ресторанам и даря цветы. К сожалению, вскоре их пути расстались.
Новогодняя ночь
Декабрь 1996 года оказался насыщенным на события. Одним из наиболее запоминающихся стало то, что в новогоднюю ночь ожидался сильный мороз — до -30 градусов. Артисты, намеченные для выступления на городской площади, долго не могли узнать, случится ли это выступление. Дело было важным: за новогоднюю ночь оплата была значительно выше, чем за мэрский бал, но всё равно меньше, чем за выступление в каком-нибудь кабаке.
Как бы ни были мрачны прогнозы, оказалось, что жители Сызрани любят традицию праздновать Новый год на площади, и праздник все-таки состоялся.
Снегурочка по имени Надежда Павлова вышла на их подмостки, взяла микрофон и, к её ужасу, поняла, что забыла надеть варежки. Руки примерзли к аппарату. Как она выходила из сложившейся ситуации, актриса и не помнит. Так или иначе, выступление было доведено до конца, микрофон удалось освободить. Муж потом долго отогревал её руки.
А в ресторане, а в ресторане.
Наше знакомство с рестораном «Разгуляй» произошло за неделю до Нового года. Мужчина с бандитской внешностью сидел за роскошным столом, перед ним стояла бутылка водки и два стакана, а на газете лежала сушёная рыба. Он назвал сумму, мы согласились, и принялись за написание сценария.
В десять вечера 31 декабря мы с Дедом Морозом вышли из дома, чтобы встретить Новый год в ресторане «Разгуляй». Снег засыпал лёд, и мне приходилось крепко держаться за своего спутника, чтобы не упасть. В «Разгуляе» нас провели в небольшую комнату рядом с кухней, где работники заведения оставляли свои вещи. Дверь была открыта, и нам пришлось наряжаться в костюмы в условиях, приближенных к экстремальным.
Сколько человек заглянуло к нам, чтобы радостно прокричать: «Здравствуй, Дедушка Мороз, борода из ваты!» — я не готова сказать. Мне кажется, каждый, кто проходил мимо, считал это своим долгом.
Усталая администраторша порадовала нас новостью о том, что работать нам предстоит не в одном, как мы договаривались, а в двух залах. Однако уходить уже было поздно. Итак, в 11 мы вошли в первый зал. Если бы ансамбль «Гиля Ромэн» ничего не играл, можно было бы сказать, что выход состоялся в абсолютной тишине. Но нет, поднимались какие-то звуки. Публика, ещё не разогретая, вовсе не была готова участвовать в предложенных конкурсах и производила впечатление немного замороженной.
Краем глаза я заметила, что в дверном проёме собрались официантки, и у них был вид намного более заинтересованный, чем у тех, ради кого мы, собственно, там находились. Из-за волнения слова вылетели из головы, и я просто стояла, глупо улыбалась и молчала. В этот момент одна из цыганок сделала мне медвежью услугу и весело произнесла: «Что же ты, Дедушка Мороз, Снегурочке слова сказать не даёшь?» — и передала мне микрофон. Я открыла рот, бормоча что-то, и вдруг поняла, что меня никто не слышит. Оказалось, я нечаянно нажала кнопку и выключила микрофон. Включила его с радостным криком: «С Новым годом! С новым счастьем!» — но на этом мои муки не закончились. Та же цыганка все более радостным тоном произнесла: «А теперь танцуем цыганочку! С выходом! Танец Снегурочки!». Черт, черт, черт — я не знала, как танцевать «цыганочку», да ещё и с выходом. Публика начала внимательно смотреть на меня. Вероятно, они не совсем понимают, что такое «цыганочка» с выходом. Или же это аплодисменты за смелость?
Эх, молодежь!
Мы переместились в следующий зал. Здесь публика в основном была молодая. Едва ди-джей объявил: «К нам пришли поздравить Дед Мороз и Снегурочка!», как зрители стали бросаться нам на шею. Среди прочих лиц я заметила свою одноклассницу Наташу. Она тоже обняла меня, поцеловала и закричала: «Привет, Варя! Ты наша Снегурочка!» — честно скажу, ни до, ни после этой встречи мне не удалось вызвать у неё такой восторг просто своим появлением.
С разных сторон к нам потянулись фужеры: «Снегурочка, выпей с нами! Дед Мороз, выпей с нами!». Сценарий полетел к черту. Вместо этого конкурсы шли «на ура». Пока несколько пар соревновались в танце на газетке, меня начали тянуть в разные стороны: «Снегурочка, пойдем, потанцуем» — «Я же конкурс провожу!» — «Ничего, Дед Мороз один справится!». «Снегурочка, пойдем, сфотографируемся!», «Снегурочка, иди к нам!». Полчаса пролетели как одна минута. Мы вернулись в первый зал.
После полуночи там тоже царило веселье. В третьем часу мы попрощались с публикой и пошли искать администратора, чтобы получить оплату. Знакомый мужчина с бандитским видом, только теперь в пиджаке и галстуке, но в целом не изменивший свой вид, протянул нам деньги и чистый лист бумаги: «Распишитесь» — «А что писать?» — «Ну, напишите, кто вы и что вы». Мы написали: «Дед Мороз, Снегурочка». Результат удовлетворил заказчика, который вскоре ушёл. Мы переоделись, а в комнату заглянули все, кому не лень, чтобы сказать: «До свидания, Дедушка Мороз, борода из ваты!».
Детские забавы
В декабре 1999 года я имела возможность участвовать в детских новогодних представлениях в ДК «Родина». Честное слово, проще провести три взрослых мероприятия, чем одно детское! Взрослые через час напьются и им уже не важно, что вы делаете. Дети требуют полной отдачи с первого до последнего мгновения. Первая детская ёлка запомнилась мне как небольшой кошмар. Во-первых, Дед Мороз шипел мне на ухо: «Запомни: мыши по третьей позиции не стоят, руки в боках не держат». Во-вторых, мне казалось, что меня никто не слышит. В-третьих, дети оказались «продвинутыми» — из гимназии и лицея — и за словом в карман не лезли. А также за делом. Я была неудачным мышонком, который не верил ни в Деда Мороза, ни в то, что на ёлке фонарики, и вообще стремился сбежать. За это ребята мне крепко надавали по спине. Пришлось отбиваться. Удерживая от побега, кто-то схватил меня за хвост, да так потянул, что пуговица на штанах, к которым крепился хвост, отлетела с звоном. Найти её было невозможно. К счастью, тут был небольшой перерыв, и я успела забежать в приемную, чтобы попросить у секретаря булавку.
Музыканты, которые были с нами, также подрабатывали на новогодних праздниках для взрослых. В середине «елочной» недели я стала свидетелем следующего разговора: «Слушай, меня живот мучает!» — жаловался один из музыкантов. «Да мы уже столько дней подряд пьем!» — с искренним сочувствием откликнулся ему другой. Жизнь артиста в России нелегка и непривлекательна.
Ура! 2000!
Новый год 1999-2000 мы встретили в ДК «Родина». Из-за новогоднего указа президента Ельцина, который решил уйти в отставку 31 декабря 1999 года, мы оказались в забавной ситуации и решили изменить наш сценарий, заменив президента на Деда Мороза, который обратится к народу.
Однако сценарий оказался не нужен. Из-за морозной погоды в зале зрители быстро начали поддерживать тепло при помощи алкогольных напитков, и к 11 часам вечера они уже были в приподнятом настроении. Зато наши игры пользовались невероятной популярностью, особенно интеллектуальная игра «А туда ли я ходила, а того ли я любила». Суть игры заключается в следующем: женщины становятся в один круг, а мужчины — в другой, внутренний. По сигналу ведущего оба круга начинают двигаться в противоположные стороны, при этом женщины произносят: «А туда ли я ходила, а того ли я любила? Ух, ух, ух-ха-ха!», а мужчины отвечают: «Нет, нет, что вы, что вы!». Затем женщины бросаются в объятия мужчин. Они выполняли это так энергично, что мы поняли, остальные игры можно не готовить. Эта игра затмила даже популярные «прищепочки». В «прищепочках» мужчине и женщине завязывают глаза, прикрепляют на одежду прищепки, раскручивают их и предлагают снять прищепки с партнера. Побеждает тот, кто снимет больше. Обычно на новогодних вечерах «прищепочки» считаются кульминацией программы. Но в этот раз хоровод «А туда ли я ходила…» повторялся десяток раз подряд, и в конце мы немного изменили правила: мужчины говорили: «Ух, ух, ух-ха-ха!», а женщины отвечали: «Нет, нет, что вы, что вы!», затем мужчины опять бросались к женщинам. Это позволило ведущей заявить: «Смотрите, на женщин надвигаются насильно!» — публика это оценило.
Веселье в новогоднюю ночь росло. В два часа я осознала, что у нас есть персонаж, которого обожают даже больше, чем Снегурочку. Будучи в костюме гадалки, я раздавала новогодние предсказания всем желающим. Когда я подходила к очередному «счастливчику», его опьянение почему-то исчезало, и лицо оставалось трезвым, пока я читала и объясняла предсказание. Некоторые же с испугом отказывались, вскидывая руки: «Не надо, не надо!». Вот не знала, что у нас так серьезно относятся к таким вещам.
Не взрывайте!
В третьем часу мы покинули дружелюбный ДК и направились в театр, чтобы забрать костюмы. Вы когда-нибудь пробовали по такой icy горке ходить ночью? Убедитесь — это невероятное развлечение. На городском площади было многолюдно. Под ногами валялись пустые бутылки от шампанского, а громко гремели петарды. Не знаю, как вы, но я боюсь взрывов, особенно когда они происходят рядом. И вот, приближаясь к театру, вижу, что к нам идет мужчина и что-то достает из карманов. Из-за плохого опыта я подозреваю, что это петарды и спички. С испугом восклицаю: «Пожалуйста, не взрывайте! Подождите, пока мы пройдем!». В ответ он смотрит на меня с недоумением: «Чего не взрывайте? Зачем взрывать? Зачем не взывать?» — и достает две бутылки пива, долго разглядывая их, потом переводит взгляд на меня, качает головой и продолжает свой путь.
На крыльце служебного входа стоит старый знакомый театра в колпачке с приклеенным носом. Он радостно бросается к нам с объятиями: «С Новым годом!». Мы поднимаемся вверх. Там уже собралось множество людей, которые «морозили» в разных заведениях в эту ночь. Все веселые и трезвые. Как же приятно находиться в театре в новогоднюю ночь!
