Калининградская область, отдых в Балтийске и окрестностях, отзыв с фото
Вислинская коса, также известная как Балтийская, — это узкая полоса земли, которая тянется от города Балтийска к границам Польши. Совсем недавно это был закрытый военный объект. А какова её судьба сейчас? Это место будто замерло во времени, оставило множество воспоминаний и являет собой концепцию неопределенности.
Так мы и увидели её в данный момент. Какая судьба уготована этому хрупкому уголку через несколько лет? Ответа нет ни у кого.
Где находится Балтийская коса
На самом западе нашей страны, России, находится удивительное место. По побережью вдоль моря растянулись две тонкие полосы суши. Куршская коса проходит от Зеленоградска до Литвы, а Балтийская коса — от Балтийска до Польши. Эти потрясающие географические образования даже на карте выглядят ошеломляюще. Когда мы возвращались в Москву из Европы, нам посчастливилось увидеть их с высоты — это произвело еще более сильное впечатление.
Я считаю, что Куршская коса — это место, обязательное к посещению, поскольку такой красоты больше нигде не встретишь.
Балтийская коса совсем недавно представляла собой закрытую территорию, доступ к которой был крайне ограниченным. За ней вела охрана! Но несколько лет назад военные покинули её, и мы, наконец, смогли её увидеть.
Вернувшись домой, я так и не решилась написать о нашей поездке. Почему? Показалось, что это место слишком специфично, скорее, для любителей. Готова ли я рекомендовать кому-то отдых на её территории? Определенно, нет! Вислинская коса, по крайней мере на сегодняшний день, не подготовлена для отдыха. Есть ли там захватывающие красоты, ради которых следует терпеть неопределенность быта? Да, может быть, но и нет. Куршская коса выглядит более ярко, интересно и впечатляюще.
Однако прошёл уже год, а Балтийская коса до сих пор не выходит у меня из головы. Чем-то она запомнилась. Чем именно? Не могу сказать. Она уникальна.
Что можно увидеть на Вислинской косе
Дорога от военного аэродрома, идёт вдаль, бетонная и широкая. Прямая как стрела. Мы движемся по плитам к горизонту уже долго. Эти плиты, произведённые заводским способом, с мелкими трещинами — немецкие, довоенные. А вот эти — заново уложенные после военных бомбардировок (то ли мы, то ли немцы?), бетон лили с добавлением местного песка, и теперь в эту взлетную полосу вплавлены кусочки янтаря размером с ладонь. Поверхность тщательно отшлифована, чтобы янтарь не мешал технике. Со всех сторон к бетонной дорожке подходит облепиховый лес. Плотные, колючие и непроходимые заросли. Они охраняют аэродром лучше, чем охранные вышки, которыми в свое время следили постовые. Облепиха расползается, проникает сквозь трещины плит, покрытых резиной. Она когда-нибудь разрушит этот бетон, но пока это время ещё не пришло. Вокруг — тишина. И только незнакомое дыхание ощущается повсюду. Это дыхание истории. Так здесь повсюду. Балтийск был когда-то крепостью Пиллау. Балтийская коса — западный рубеж нашей страны и яростная защита во времена немецкой оккупации.
В тени полуразрушенных ангаров от палящего Балтийского солнца прячутся пятнистые коровы. «Не наши» — они окутаны огромными деревьями, которые нависли над дорогами области, а повороты находятся в пределах досягаемости танкового выстрела. Это не просто дороги — это маршруты для переброски военной техники. Посреди ржавеющих остатков сооружений, которые закрывают бухту от залива, плавают лебеди; здесь базировались военные гидросамолеты. Здание крепости Пиллау в Балтийске, основанное шведами в XVII веке, обросло мхом; красные кирпичи стен виднеются сквозь потемневшие в воде поросли и кувшинки, а внутри крепости до сих пор размещается военная часть — теперь уже наша. Немецкое военное кладбище в Балтийске — тихий уголок, оформленный газоном и посаженными там соснами. Группы крестов, каменные плиты с бесчисленными фамилиями тех, кто остался здесь навсегда, не сумев сохранить родную землю. Памятник советским солдатам на Косе, сражавшимся за эти песчаные дюны и сосны, сумевшим захватить и сохранить плацдарм, а затем очистить Косу от войск вермахта. Бои проходили между сводными соединениями, оперативно сформированными на месте, поэтому многие участники тех сражений до сих пор остаются неизвестными.
Необычные дома, выделяющиеся из общей массы, с некой чуждой «добротностью» — это наследие прежних хозяев этой местности. Катакомбы орудийных позиций сплетаются среди дюн нежного балтийского песка. Древние форты стоят на страже Балтийского пролива. Канализационные люки с надписями в готической вязи украшают улицы Балтийска. Серые, угрюмые силуэты наших военных кораблей у причала. Фигура императрицы Елизаветы Петровны, шагнувшая на эту землю в 1756 году, уверенно устремляется на запад.
Смена времён, поколений, власти и традиций здесь ощущается так остро и реалистично, как нигде больше.
Кемпинги и базы отдыха на Балтийской косе
Путешествовать по нашей стране — это всегда необычно и непредсказуемо, а поэтому любой опыт дарит бесценные знания. Найти информацию о месте проживания на Балтийской косе в Интернете оказалось не так уж легко. Это вполне объяснимо — ещё недавно здесь была пограничная зона, и местные жители не имели времени заниматься туризмом. Таксист делился рассказами о недавнем комендантском часе после 21:00, о работниках, которые каждую ночь красили бордюры, о богатом разнообразии импортных товаров в те времена, когда в России их не было, о возвращении кораблей из похода, когда один таксист увозил капитанскую фуражку, а другой — самого капитана. Теперь не улавливаю, где больше правды, а где вымысел? Удовлетворения от того, что времена строгого пропускного режима в прошлом, или тоски по былым порядкам? Однако в этих рассказах ощущается неуверенность в будущем. Теперь военные части покидают свои старые места дислокации, а местные жители, которые раньше обеспечивали и поддерживали работу военных объектов, остаются без работы. Построенные военными здания пустуют и разрушаются, так и не перейдя к другим владельцам. Мы увидели великолепный дворец пионеров на Косе, который работал ещё пару месяцев назад — и вот теперь это заброшенное здание, которое вряд ли можно будет отремонтировать. Трудно поверить, что ещё недавно здесь был паркет, батареи, окна. И какое будущее ждёт эти места? Станет ли земля туристическим раем или «Триумфы» с «Искандерами» займут своё место среди поющих песков Балтики.
Тем не менее, меня приглашали в различные места: база отдыха «Балтийская коса», кемпинг (назовем его «кемпинг один», так как у него нет названия) и ещё один кемпинг (назовем его «кемпинг два», потому что и у него тоже нет названия).
На письма, отправленные в базу отдыха «Балтийская коса», отвечала Татьяна Чернышева shysha1911@mail.ru. Судя по информации на сайте, база выглядела довольно тесной (на фото дома стояли впритык друг к другу), поэтому я решила искать что-то другое. Позже, когда мы сами посетили место на Косе, стало ясно, что база расположена не у моря и не у залива, а в бухте, которая когда-то служила для гнездования гидропланов. Бетонированные берега были завалены мусором. Развалившиеся ангары и странные постройки придавали место неуютный вид. База действительно оказалась достаточно многолюдной, наполненной шумными подростками, которых пары родителей временно выселили за их проказы. Возможно, это были выпускники, отмечающие окончание учёбы.
На письмо с сайта “кемпинга один” аккуратно ответила Надежда Спиридонова vitners@mail.ru. Удивительно, но на январское письмо мне сообщили, что заявки на летнее время принимаются только с марта (?!), поэтому я недоуменно отправилась искать другое место. Впрочем, в марте они написали мне и прислали условия проживания, которые оказались несколько дороже, чем указано на сайте. Это меня раздражало, и у нас с «кемпингом один» ничего не срослось — возможно, к сожалению.
На сайте «кемпинга два» довольно быстро ответил Константин Бобков kosa39@yandex.ru, предложив различные варианты размещения, включая автодомик, который находится у него во дворе. Я нашла несколько положительных отзывов о Константине от групп, которые он отправлял на Косе, что стало для меня сигналом к доверию.
В целом, отсутствие названий, схожий дизайн и практически идентичные адреса увеличили мою путаницу. Вначале мне казалось, что я вышла на тот же кемпинг и считала Надежду из предыдущего абзаца просто посредником. Однако это совсем не так — я ошибалась, и это совершенно разные места.
Константин предложил внести 30%-50% предоплату (в марте за июнь!) переводом с одной карты на другую, имея при этом странную политику отмены: «Если вы откажетесь от запланированной поездки, мы оставляем 30%-50% от общей стоимости проживания как упущенный доход. Кстати, большинство гостиниц придерживается подобной финансовой стратегии».
Эта финансовая политика автодомика, который стоит без колес в огороде между грядкой моркови и кустами малины, поразила меня. Но учитывая, что общая стоимость была невысокой и стоимость первой ночи (1 200 рублей) не сильно отличалась от 30% (1 800 рублей), я решила не переживать.
Тем не менее, сюрпризы на этом не закончились. Когда мы прибыли и рассчитались за проживание, хозяин попросил оставить наш паспорт в качестве залога (!), чтобы уж точно мы не утащили ничего из его квартиры. Он объяснял это необходимостью «регистрации в приграничной зоне», что меня совершенно не устроило. Как можно доверить человеку, которого вижу впервые, самое ценное? Как же будет трудно выбраться из Калининграда, если паспорт потеряется! Что, если он просто потеряет его? Если бы я заранее знала о таком условии, то выбрала бы другое место для ночлега. Не могу сказать, делали ли так в «кемпинге раз». Но не все было так мрачно. Константин по прибытии подарил нам замечательную большую книгу о Косе и угостил нас вкуснейшей жареной камбалой. Жаль, что мы так и не смогли найти, где у местных можно купить рыбу (и другие продукты) — здесь это как-то не принято. Офицерские жены не занимаются торговлей! Наши вопросы «Не продадите ли клубнички с грядки?» вызывали недоумение и даже обиду у хозяек, которые никак не ожидали, что их заподозрят в желании продать что-либо. На улице не встретилось ни одной бабушки с простыми товарами, как в любом другом населённом пункте страны! Всё это осталось лишь в мечтах, приходилось довольствоваться тем, что можно было купить в магазинах, которые на Косе, конечно, были, но в ассортименте не блистали. Хотя, картошка там была.
Ситуация с паспортом завершилась очень даже хорошо. За время нашего пребывания Константин стал более спокойным (по всей видимости, мы не вызывали беспокойства, в отличие от остальных его гостей), и вернул паспорт уже утром в день нашего отъезда, разрешив закрыть дом и оставить ключ под ковриком — сам в это время уехал на дежурство в Балтийск. Он даже предложил нам зайти к нему в МЧС в Балтийске, и мы собирались, но так и не реализовали это намерение.
Гостиницы Балтийска
Следует отметить, что в отличие от замечаний Константина, другие гостиницы в регионе предъявляли совсем иные условия. Гостиница «Золотой Якорь» в Балтийске была забронирована с привычной политикой отмены: «При незаезде или отмене брони позже, чем за 5 суток, взимается плата за фактический простой номера, равная стоимости одной ночи». Тем не менее, номер в «Золотом якоре» обошелся нам чуть дороже, чем снятый автодом у Константина. Студия на двоих стоила 1 700 рублей.
Нам пришлось остановиться в Балтийске на первую и последнюю ночь из-за паромной переправы. Я не была уверена в надежности паромов и решила не рисковать с переправой в день прилета/отлета. В итоге все обошлось хорошо, так как Балтийск оказался довольно интересным местом.
На протяжении всей нашей поездки (почему-то, судьба так сложилась!) мы пользовались льготными тарифами. Скай Экспресс (как же жалко, что эта отличная авиакомпания прекратила свое существование!) предложила акцию, благодаря которой билеты в оба конца стоили нам всего 7 тысяч рублей на двоих — почти по цене такси в/из аэропорта. Правда, вылет был поздним и неудобным, мы прибыли на место уже под вечер. Но позже рейс отменили, и нас пересадили на утренний, что оказалось гораздо удобнее. В итоге у нас была возможность осмотреть около всей Калининградской области с друзьями, которые встретили нас — это было замечательно.
В «Золотом якоре» неожиданно селили кого-то вместо нас в забронированную студию (как в день прилета, так и перед вылетом), и в результате нас разместили за цену самой маленькой студии в комфортабельном трехкомнатном люксе. Однако в итоге в комнате, где мы спали, не было телевизора (он находился в соседней гостиной), и нам было довольно некомфортно передвигаться босиком по роскошному помещению к «удобствам», и поиски наших раскиданных по всем комнатам вещей по утрам занимали много времени. Константин про нас, похоже, забыл, и наш автодом оказался занят, что потребовало от него поселить нас в более дорогой комнате за цену автоприцепа. В этой комнате был камин, а также огромный холл с удобствами и еще одной пустующей комнатой. Камин, кстати, разжигать можно было только в присутствии хозяина, а это, согласитесь, не так интересно.
Балтийская коса: пляжи, море и общение с военными
По Калининградской области мы путешествовали под дождем, посетив Зеленоградск, Светлогорск, Янтарный и Пионерский. Наблюдали волны, сосны, море и небо. Побывали на набережных. И, конечно же, собрали желтый янтарь. Дождь прекратился, как только мы вышли на набережной Балтийска.
Утром, подходя к парому, мы встретили лодочника, который предлагал за ту же цену, что и паром, эксклюзивный экспресс-перевоз через пролив на надувной лодке с мотором. Это предложение показалось нам забавным, и вскоре мы оказались на борту лодки, сползая с высокого причала. Я прямо-таки тряслась от страха в середине этого обширного пролива в такой хрупкой конструкции, но переправа заняла считанные секунды!
После того как мы бросили вещи в необжитом помещении — про нас никто не вспомнил, и теперь нам быстро готовят комнату — мы отправились к берегу. Балтийское море удивительно синее. Пронизывающий и холодный ветер свистит. В фарватере стоят различные суда — баржи, сухогрузы, круизные лайнеры, огромный парусник с множеством парусов. Волны с грохотом выбрасываются на песок, перекатывая гальку с шипением возвращаясь в море. Чайки взлетают над нашими головами, удивляясь нашему появлению. Солнце светит. Это было прекрасно и приносило счастье.
Пляжи Балтийской косы абсолютно безлюдны, даже в районе населенного пункта. Местные жители выходят на пляж только если море бушует — чтобы собирать янтарь, выброшенный бурей. Приезжих здесь почти нет. Те, кто есть, стараются укрыться от ветра за прибрежными дюнами, вытянувшись на горячем песке.
На входе в Балтийский пролив лежит развалина форта. Такой же находится и на противоположной стороне — в Балтийске. Пролив, как ценное наследие, охранялся с давних времен. Далеко в море уходит узкая полоса волнолома, у начала которой стоит старая забытая всеми смотровая вышка. По вечерам мы поднимались на нее, чтобы любоваться закатом. До вышки от нашего домика можно добраться за три минуты, и мы успевали дойти с еще горячей шавермы, приготовленной на мангале у нас во дворе. Волны разбиваются о стены форта. Среди чаек встречаются крупные, и одна из них, по какой-то причине, не летает — она живет в маленьком озерце, где раньше находился крепостной ров.
По нетронутому пустынному пляжу, встречая ветер, наперекор разбивающимся о берег волнам, мы отправились вдаль, к горизонту, в Richtung Польши — там, где еле различимая глазу смотровая вышка. GPS предсказывал расстояние около 7 километров. Возле вышки мы наткнулись на заброшенное караульное помещение, пост — воспоминание о тех, кто покинул младшую военную часть. Ушедших, не ушедших? Подниматься на вышку как-то боязно — она выглядит слишком ненадежно. Я легла на нетронутый песок, наблюдая за тем, как мой муж карабкается вверх по лестнице, переживая, чтобы она не обрушилась! Вот он уже на выше самой вершины, осматривает окрестности через подзорную трубу.
Как всегда, оказавшись вблизи военных объектов, муж начинает шутить с ними — вспоминает армию и свою молодость. Я отношусь к этому с осторожностью. Мне трудно общаться с военными, мы существуем в разных плоскостях и не понимаем друг друга. Я переживаю, чтобы все не обернулось неожиданностями. Вот и в этот раз объект его внимания стала некая аномалия, которая заметно выделялась на спутниковой карте — именно к ней мы и направлялись после вышки. По плану, пересечь Косу и выйти к заливу, ухватить его красоту, возможно, искупаться по защищенной стороне, и вернуться к поселку по заброшенной дороге, видимой на карте, и в итоге добраться до «сердечка», следуя указаниям GPS. Это теория. А на практике мы уже знаем, что с той стороны дороги, ведущей к поселку, пройти невозможно — она перекрыта шлагбаумом. Контрольно-пропускной пункт. Военная зона. Доступ закрыт. Все, уходите отсюда. Однако мы не шли с поселка, а подбирались «с тыла».
Залив и вправду очень красив! Меня всегда поражал резкий контраст между природными зонами на Куршской и Балтийской косах. Невозможно поверить, что от песчаного берега бурного моря до краснокрыжовых склонов бескрайнего залива всего-то несколько сотен метров. Поплавав и наевшись красной смородины, мы пробираемся к дороге. Через несколько минут перед нами открывается жизнь, от которой мы за сегодня успели отвыкнуть. И вот, знаете, кто оказался первыми? Офицерские жены, которые прогуливались с детскими колясками. Тревога поднялась мгновенно, бойцы по кустам начали занимать позиции, кольцо охраны сжималось. Я, осознав, что лучше взять инициативу в свои руки, громко обращая внимание соседа: «Скажите, как нам выйти к морю?». Стоит отметить, что мы оказались в совершенно неподходящем для этого виде — у меня нет не то что документов, только халат, фотоаппарат и радиостанция. У мужа, напротив, было все: его радиостанция, подзорная труба, GPS, и смартфон с «сердечком», а еще борода и темные очки, как у шпиона. Он был увлечен поисками «секретного» объекта и не замечал накаляющейся обстановки, перебивая меня: «Зачем к морю? Нам вот к сердечку надо — оно уже рядом!». Вызванный на разборку дежурный офицер, явно недовольный, осознавал, что надежды на быстрое разрешение нашей ситуации не оправдаются.
— Это не имеет смысла. — произносит мальчишка, внимательно слушая мои слова о том, как мы оказались здесь, пройдя по пляжу от поселка. — Вы же говорите, что двигались к заливу, а зачем нам туда? Чтобы посмотреть, да? Но что там смотреть? Просто залив, и рядом еще несколько городов сливают туда свои отходы.
Ох, ты не слишком романтичен, солдатик! Чувствую, сейчас он задаст вопрос, зачем мы тащились семь километров вдоль моря, когда оно и в поселке под боком. Муж, кажется, осознав важность момента, притих и спрятал свою шпионскую аппаратуру в карманы. Я пытаюсь отвлечь офицера, который сморщил лоб от напряжения, спрашивая: «Слушайте, забудьте про залив, как нам выйти к морю?» В этот момент я сама чуть не вздрогнула.
— Наверное, это нелогично. — ответит он. — Вы ведь говорили, что идете с моря, а теперь снова спрашиваете, как к нему добраться? Почему так?
Но в наш разговор вмешивается муж, который наконец разобрался с запутанностью спутниковой карты!
— Вот оно что, — говорит он. — К морю! Мы пойдем по этой тропинке — и указывает рукой на путь, который змеится к «сердечку». Через пару десятков метров мы видим калитку, но вокруг практически нет забора — можно обойти.
Офицер даже вздрогнул от неожиданности.
— Нет-нет, только не по этой дорожке! Там такое, что если вы туда всё-таки попадете, вам не удастся сделать вид, что вас здесь не было — всем придется потрудиться и заполнять гору документов!
На этом наше общение закончилось — никому не хочется заниматься бумагами. Мы направляемся к морю указанным военными обходным путем. Однако муж постоянно поглядывает в сторону кустов, высматривая торчащие ушки «сердечка», и все время пытается сбиться с курса.
После поездки к морю сильнее всего меня впечатлили не волны, а пронзительный треск кузнечиков и пение птиц на заброшенной взлетной полосе аэродрома. Они такие громкие, так акцентируют абсолютную тишину вокруг. И цветы, пробивающиеся сквозь бетон с вплавленными кусочками янтаря на взлетной полосе. И солнце. И небо с облаками над стрелой бетонной дороги сквозь облепиховые заросли.
Сейчас, решив запечатлеть свои мысли о поездке, даже с задержкой, я наткнулась в Интернете на слова командующего Балтийским флотом, вице-адмирала Виктора Чиркова: «Необходимо учитывать, что для размещения гидропланов на Балтийской косе будет реконструирован аэродром, построенный в советскую эпоху, и это — важная информация». И что теперь с Балтийской косой? Кто не успел, тот опоздал?
