Дневник жены дайвера

Воспоминания о 22 сентября 2001 года вызывают у меня негативные эмоции. Именно тогда, находясь в Турции, мой муж поддался уговору гида и совершил своё первое погружение. Этот день стал поворотным моментом в нашей жизни.

Хотя Турецкое море не может сравниться с Красным, а первое погружение оказалось не самым удачным из-за недостаточной информации от гида (он не объяснил, как правильно выравнивать давление в ушах, из-за чего у обоих нас началось кровотечение из носа), Валерий испытал сильное влечение к этому занятию. В течение года он показывал всем свои подводные фотографии с рыбой, читал страшилки на дайверских сайтах и тайно, как я узнала позже, изучал различные системы обучения.

Когда в конце лета 2002 года нам пришлось изменить планы и вместо Испании отправиться в Египет из-за сильных дождей в Европе, мой муж сообщил мне, что он записался на курс PADI Open Water Diver. Когда я спросила: «А как же я?», он выглядел удивлённым: «Ты разве хотела?» Сначала я решила, что если он будет учиться, то я тоже, но с каждым днём перед поездкой мой интерес к дайвингу угасал и полностью исчез.

В итоге, четыре дня Валерий обучался, а я проводила время в отеле: тренажерный зал, массаж, бассейн и пляж. На пятый день, когда у него было завершающее занятие, я пошла с ним и даже согласилась на пробное погружение. Этот день оказался для меня настоящим испытанием.

Всё началось с того, что подходящего оборудования для меня не нашлось. Мне выдали слишком большой гидрокостюм, а ласты приходилось надевать на босоножки. Египетский инструктор сильно затянул грузовой пояс на талии, и я не могла правильно дышать. С большим трудом, при поддержке мужа, я подошла к краю катера, чтобы совершить прыжок. Это был наихудший момент в моей жизни (хотя я никогда не прыгала с парашютом, почувствовать себя на краю воды с высоты было всё равно страшно). В итоге, муж не оставил мне выбора и столкнул меня в воду. Не вдаваясь в детали, скажу лишь, что мы трижды погружались и всплывали, но находясь рядом с лодкой, я решила, что не хочу продолжать и вернулась на катер. Когда после обеда Валера и инструктор пригласили меня на второе погружение, я отказалась — мои колени всё ещё дрожали от страха.

Первая поездка в Египет в сентябре прошлого года оставила замечательные впечатления (если не вспоминать о моем провале в дайвинге) и добрые отношения с инструктором Катей и представителем дайвинг-центра в Москве Наташей. Последняя пригласила мужа в свою дайверскую компанию, а я осталась как бы за бортом. Мы встречались в бане, проходили вечеринки, и даже устраивали праздничные заплывы в бассейне с шампанским под водой. Оказалось, что среди дайверов много привлекательных девушек. Пересматривая фотографии этих встреч, я поняла, что пришло время справиться со своими страхами, иначе рискую остаться без мужа.

Я морально готовилась к этому испытанию почти целый год. Остались всего две недели — две недели до новой жизни. А может быть, две недели до старой жизни. Почему у всех мужья с невинными увлечениями, такими как рыбалка или шахматы, а мне так не повезло? Теперь отпуск мы планируем не как «где отдохнуть всей семейкой», а как «где заняться дайвингом». К счастью, Даша еще маленькая, но Валера уже задает вопрос: «А будем ли мы учить Дашу нырять?»

Если ничего не изменится, то, возможно, я найду свой последний приют на дне Красного моря.

15 мая. Пути назад нет.

Сегодня я приобрела своё первое оборудование — специальную маску и трубку. Также планирую купить костюм и ласты с ботами. Неплохо было бы обзавестись подводными часами и компьютером. Это, скажу я вам, довольно дорогое удовольствие.

17 мая. Добро пожаловать домой.

Серебристый самолёт Ил-86 за четыре часа доставил нас из дождливой Москвы в солнечный Шарм-Эль-Шейх. Чувствовалось, что мы вернулись домой после долгого отсутствия — всё здесь было так знакомо.

Не успели мы приземлиться, как вскоре оказались в отеле Hilton Waterfalls.

Раньше меня никогда не волновало, если номер в отеле не соответствовал ожиданиям — я уговаривала себя, что это место только для ночёвки. На этот раз я устроила настоящий скандал, когда мне предложили угловой номер на первом этаже с видом на внутренний двор, с пятнами на покрывалах и мебелью, оставляющей желать лучшего. Перед глазами вставали картинки из каталога, обещающие номера с видом на море. Почему я должна доплачивать за номер по 10 долларов за ночь? Валера предпочитает не вмешиваться в наши споры с гидом и менеджером, которые, кстати, восприняли моё недовольство с пониманием. Хорошо, говорю, я готова заплатить 110 долларов за официальный документ об оплате, а потом в Москве буду с вами судиться за то, что ваши маркетинговые материалы представляют неверную информацию (пусть даже это чистая неправда, мне уже не нравится, что я затеяла этот спор). Нас снова ведут по той же дороге, что и в первый раз, но на второй этаж. Открывается дверь номера, и, к моему удовольствию, я вижу, что скандал был не напрасен — шикарный вид из окна стоит всех потраченных нервов и времени. Муж шутит, что никогда раньше не видел меня такой решительной (на самом деле, ему следовало бы заниматься подобными вопросами сам).

Вечером мы решаем прогуляться в центр города — Нааму Бей. Пару раз местные зазывалы в шутку спрашивают Валеру, за сколько верблюдов он готов продать меня. Хороший знак, в прошлом году мне не предлагали ничего.

Первая ночь в Египте — спокойный сон, любимый!

18 мая. Не день Бекхема.

Впервые в жизни мне приснился действительно «вещий» сон. Лишь открыв глаза, я начала рассказывать Валере, что мне приснилось: Кати нет в Шарме, она срочно уехала, обещанную нам скидку на обучение не дают, и вообще, никто не хочет с нами заниматься. Муж смеётся и говорит, что «это всё от нервов», что всё будет хорошо.

Возвращаемся с завтрака, и мне звонит девушка по имени Маша из дайвинг-центра. Она говорит, что Катя уехала в Каир, и неизвестно, когда вернётся. Если мы не изменим своё решение, нас будет обучать единственный инструктор PADI, а Маша будет переводчиком. Больше всего нас интересует вопрос стоимости. Маша отвечает, что такие детали требует обсуждения с владельцем центра, и предлагает встретиться вечером.

Такое ощущение, что во мне что-то обрывается — моя решимость освоить дайвинг быстро угасает: я так настроилась учиться только с Катей, что скорее откажусь от обучения, чем доверю свою жизнь другому. Мы решили, что будем наслаждаться солнцем, а днём пробежимся по соседним дайвинг-центрам, чтобы выяснить все детали, а вечером с собранной информацией отправимся на переговоры.

На пляже настроение у меня только портится. Какой красивый отель, но вход в воду просто ужасен: подводные бетонные плиты, скользкие, между ними видно морских ежей, а верёвка, чтобы держаться. В подводной части проходят трубы (и тут мне в голову промелькнула мысль, не сливают ли они туда канализацию). Позже станет понятно, почему вход в море не был хорош — под водой почти нечего смотреть. Я всё больше разочаровываюсь в этом отеле, ох, тому, кто организовал этот отдых, достанется, когда я вернусь в Москву.

В довершение ко всему, я обнаруживаю, что потеряла один из винтиков на своих новых солнцезащитных очках, и стекло почти удерживается на месте. История повторяется — в сентябре во время ночной поездки на квадрациклах я потеряла свои новенькие дорогие «гуччи».

Прогулка по городу в полуденную жару только усугубила моё уныние. В нескольких центре нас встречали практически одинаковые светловолосые девушки с голубыми глазами, и они разговаривали так, будто старались сделать всё, чтобы мы не пришли к ним учиться. Цены поразили — прошлогодний доллар заменили на евро, и теперь нам придётся выложить около 600 евро вместо запланированных 500 долларов. Меня больше всего расстраивает, что мы не сможем учиться вместе (мы надеялись, что Валерий сможет совмещать свои занятия с моими начальными погружениями), а программа курса довольно странная: всего 2-3 дня теории и бассейна, а погружений — всего 4.

Валерий сказал мне успокоиться: «Успокойся, ещё не вечер. Мы встретимся с Машей, всё обсудим».

И действительно, всё разрешилось наилучшим образом: Маша узнала Валерия по его прошлым занятиям (у моего мужа довольно общительная натура, его трудно забыть), и нас встретили с распростёртыми объятиями: «Хотите обучаться? Отлично! Вот ваше письмо с предварительным заказом. Скидка? Без проблем, всё, как обещала Катя. Валера хочет присутствовать на твоих занятиях, чтобы поддержать тебя? Конечно, никаких проблем! Твои занятия будут на корабле, а Валерия могут комбинироваться с твоими, ведь задания перекрываются. Оплата после экзамена. Не переживай за инструктора, Рассел — отличный парень и очень хороший преподаватель! Все договорились, 22 мая начинаем, будете готовы к 8:15».

Как же здорово иметь своих людей везде.

На вечер я ложусь спать с одной мыслью: «Осталось всего 3 дня до перемен».

19 мая. Райское наслаждение

Мы живём размеренной жизнью отдыхающих: сон, еда, пляж. В отеле такие прекрасные бассейны, мы перемещаемся от одного к другому, весело дразня друг друга, повторяя: «Вот Даша бы сейчас была с нами».

В отеле растёт множество цветов, особенно удивляют гибискусы — красные, розовые, жёлтые, махровые и разные. Огромные кусты, усыпанные лучшими цветками, растут почти в песке под палящим солнцем.

20 мая. К сожаленью, день рождения только раз в году.

С днём рождения, дорогой! Впервые ты отмечаешь этот особенный день в таком великолепном месте. Это твой подарок — два билета на картинг, потому что во время прошлой поездки у нас не вышло туда выбраться.

Вечером мы пойдём в ресторан, чтобы отпраздновать твой день. Мы сообщим официанту, что по такому случаю нам нужна водка. Он будет нас засыпать поздравлениями и добрыми словами. Напитки здесь подаются не в граммах, а в «дринках» (в большом бокале с лимоном и шпажкой, наполненным до уровня пальца). И поскольку это не может устроить нас, нам нужно заказать ещё два дринка. По цене эти три дринка равняются стоимости двух литров хорошей водки.

Продолжаем веселье на балконе. Ночь в Египте спокойна и умиротворяюща. Под окном ровно шуршит водопад, повсюду сказочное освещение и тишина.

21 мая. Почувствуй себя Шумахером.

Мы добираемся до автодрома каким-то странным маршрутом, и я начинаю паниковать. Валера тоже нервно осматривает окрестности, пытаясь понять, куда мы едем. Действительно, мы движемся в противоположную сторону. Мы вдвоем против двоих мужчин, вокруг лишь пустыня.

В итоге оказалось, что водитель просто отвёз своего друга в отдалённый район, а затем нас привезёт на место.

На автодроме, помимо нас, никого нет. Мы переодеваемся в специальные комбинезоны, надеваем шапочки и шлемы. Мои короткие ноги с трудом тянутся до педалей. Начинается заезд. На первом же повороте я останавливаюсь, не рассчитав поворот. Я боюсь гнать быстро, руки еле держат руль. Да, друг Шумахер, зря ты получаешь деньги — гонки — это непростое дело.

Еле-еле ползу по трассе, а к концу заезда Валера обходит меня на 4 или 5 кругов. Руки трясутся ещё долго.

Честно говоря, особого восторга я не ощущаю.

22 мая. Судный день.

Четыре таблетки валерьянки для успокоения и в путь.

Мы сели не в тот автобус и чуть не уехали с группой немцев в другой дайвинг-центр.

— Люба, это Рассел, твой инструктор. Рассел, это Люба.

Это небольшой англичанин, примерно моего роста, в синей майке и чёрных шортах, напоминающий вожатого бойскаутов. Да, явно не получится похвастаться фотографиями с высоким загорелым красавцем с мощным торсом.

Итак, на сегодня запланированы два дня в дайвинг-центре, а остальное время — на корабле. Точное время курса (4 или 5 дней) назвать сложно, всё зависит от моих способностей. Сегодня — просмотр видеокурса, затем беседа с инструктором. После обеда — выбор оборудования и первое занятие в бассейне. Завтра — утром в бассейне, а после обеда — погружение в прибрежной зоне.

К своему удивлению, понимаю без переводчика многие слова Рассела.

Після двух с половиной часов просмотра видеокурса я чувствую себя немного уставшей.

И вот первый сюрприз — Рассел зовёт нас в бассейн для теста по плаванию — 200 метров на время.

— Рассел, ты что, с ума сошёл? Я едва держусь на поверхности в солёной воде, а в пресной у меня отрицательная плавучесть.
— ОК, не на время, главное — проплыть, а затем 15 минут полежать на спине.
— Рассел, я вообще не умею лежать на спине.
— Ладно, можешь шевелить руками и ногами или даже держаться вертикально, на дне всё равно не окажешься, тут для тебя глубоко.

Я сползаю в воду и начинаю заплыв. Слышу за спиной крики Маши: «Кто это говорил, что не умеет плавать!»

Мы сидим, изверги смотрят. Я барахтаюсь в воде, как щенок. Через 10 минут такого синхронного плавания силы меня покидают, и я решаю попробовать полежать — если что, потом спасут. Меня откидывают на спину, и раздаются дружные аплодисменты: «Вот видишь, лежишь и не тонешь! Надо было только захотеть, и всё получилось. Вылезай, ты сдался.»

После обеда мы начинаем подбирать оборудование: баллон с газом весит около 12 килограммов, Рассел вешает на меня 6 килограммов грузов. В результате в такой полной амуниции я еле двигаюсь. Мне на ум приходит сравнение с моржами: на суше неповоротливые, а в воде их не догонишь.

К нашему большому удивлению, Рассел заставляет Валеру подобрать оборудование и идти с нами в бассейн — он хочет проверить его уровень подготовки, да и Валере нужно освежить навыки.

Мы тащим оборудование к бассейну. На мой вопрос «А никто не хочет помочь хрупкой даме?» Рассел мимоходом отвечает, что здесь нет леди и джентльменов, есть лишь дайверы, которые все тащат сами. Спасибо, что хоть с первым нарядом мне помогли.

Я сползаю в бассейн и погружаюсь. И дышится, и видится. Боже, сколько внимания мне уделяется — вокруг три «няньки» в лице Рассела, Маши и Валеры, тут не утонешь, даже если очень захочется. Оказалось, что делать упражнения не так страшно, маска очень легко снимается и надевается — всё получается с первого раза. Жаль, что пришлось отдать купленную в Москве маску с клапаном Валере — она оказалась мне великовата (вода затекала) и с обычной было гораздо удобнее погружаться.

После выполнения «обязательной» программы мы с Валерой плаваем по бассейну и «кошмарим» купающихся (подплывёшь снизу и начнёшь всплывать так, что они оказываются у тебя на спине). Если бы вы знали, дорогие купающие, сколько тут грязи на дне.

Возвращаемся в отель. Я просто валюсь на кровать и засыпаю. В начале восьмого Валера пытается разбудить меня на ужин, но безрезультатно.

23 мая. Преодоление

Сегодня после обеда у нас запланировано первое настоящее погружение в море, пусть и на небольшой глубине — от 5 до 8 метров.

Мне принесли новый гидрокостюм с корабля, в нём гораздо удобнее.

Сегодня Маши с нами нет, переводить будет жена Рассела — Илона.

Упражнения в бассейне проходят неплохо, почти всегда с первого раза, но Рассел постоянно уверенно держит меня на дне, зная, что при любой ошибке я начинаю паниковать и стремлюсь на поверхность.

После полуторачасового перерыва надеваем полный комплект снаряжения (включая весны) и отправляемся к морю (костюм чёрный, а температура воздуха на солнце превышает 40 градусов). Я с трудом добралась до воды, сердце готово выпрыгнуть.

Рассел легко прыгает с понтона, жестом показывая, что ждёт от меня то же самое.

— Рассел, я никогда этого не сделаю, в полёте со мной может произойти инфаркт (пластиковый понтон высотой около полуметра).
— Прыгай, это совсем не страшно, просто сделай большой шаг вперёд.

После нескольких попыток настроиться и прыгнуть, у меня начинается истерика, слёзы льются на маску (кошмары прошлого года дают о себе знать). Я еле сползаю по лестнице в воду, ложусь лицом вверх и пытаюсь успокоиться. Как же мне стыдно — натуральная истерика, и даже с бессознательным желанием подойти к берегу ближе, чем на 100 метров к воде. Рассел оказывается хорошим психологом, берёт меня за руку и осторожно ведёт на глубину. Песчаное дно, плохая видимость, большое количество медуз (которых я ужасно боюсь) и громкий шум от моторных лодок, плывущих над нами, помогают мне почти полностью успокоиться. Через 20 минут я легко делаю все упражнения, даже так нелюбимое снятие маски под водой.

Мы возвращаемся на понтон для второй попытки. Стыд победил страх, и я, закрыв глаза, шагнула! Самой не верится, что я это сделала! Вот видишь, говорит Рассел, совсем не страшно! Я боюсь рассказать ему, что чувствую себя довольно плохо — сильно колет в области сердца. На свой риск продолжаю занятие: если станет хуже, всегда смогу остановиться. Упражнения на поверхности (снятие и надевание грузового пояса и акваланга, буксировка «усталого» дайвера на 20 метров в одну сторону и столько же в другую) полностью истощают меня, и с большим трудом с помощью трёх человек поднимаюсь на понтон. По пути в дайвинг-центр уговариваю себя: «Только не упади, только не упади, осталось чуть-чуть.»

На ужин сил хватило лишь на фрукты.

Последнее, что я помню, сваливаюсь на кровать в 8 вечера, и слышу нежный шёпот мужа: «Я тобой горжусь».

24 мая. Как рыбка в воде.

Утром я чувствую себя так, будто весь предыдущий день меня били палками. Весьма дискомфортно моему телу. В голове только одна мысль — снова придётся прыгать.

С радостью обнаруживаю, что брюки, купленные накануне поездки, спадают, за два дня я сбросила несколько килограммов. Валера замечает: «Не удивительно, ты питаешься лишь валерьянкой и солёной водой.» И действительно, ни на завтрак, ни на ужин в рот не лезло ничего, кроме арбуза и сока манго. Рассел, тебе следовало бы брать дополнительную плату за курс по фитнесу, ни одна диета не давала такого результата.

Сегодня мы отправляемся на корабле в заповедник Рас-Мухаммед. На борту, помимо команды, Рассела с женой и нас с Валерой, лишь четвёро — гид Анар и три девушки Кати на ознакомительное погружение (вот что значит «не сезон», в сезон на таком корабле бывает 20-25 дайверов).

Чтобы не укачало, разваливаюсь на полу в середине салона, где меньше всего качает. Анар, увидев мой бледный вид, предлагает таблетку (жаль, что нет таблеток от страха).

Сегодня у Валеры начинается его курс — первое глубоководное погружение на глубину 30-36 метров на «Акульем рифе». Говорят, что здесь акулы боятся людей сильнее, чем люди акул, поэтому встречи происходят очень редко.

Мой собственный мандраж усиливается от волнения за Валеру; 36 метров — это всё-таки много. Чтобы отвлечься от плохих мыслей, я читаю учебник и выполняю тесты. Поднимаемся, вроде всё в порядке, видим пару акульих хвостов, которые быстро исчезают в глубине.

Во время перехода к другому рифу — «Jask Fish Alley». Рассел с Валерой немного отдыхают, и мы уходим на глубину втроём. Рассел говорит, что упражнений не будет, просто наслаждаемся красотами.

Рядом с нами ещё три корабля с дайверами и любителями поплавать на поверхности. Я не люблю заповедник Рас-Мухаммед — дайверов здесь больше, чем рыб.

Я снова прыгнула, хотя na этот раз с закрытыми глазами! Но страх перед прыжком понемногу исчезает. Мы отдаляемся почти на 16 метров. Вот что значит «чувствовать себя, как рыба в воде». Я начинаю вращаться вокруг своей оси и делать кувырки. Рассел и Валера с недоумением наблюдают за моими выходками и регулярно спрашивают: «О’кей?» Конечно, «О’кей», каким образом может быть иначе?!

Мы плывем вдоль рифа, и Рассел постоянно обращает мое внимание на удивительных рыбок. Впереди нас ожидает маленький грот, о котором Рассел говорил во время брифинга. Он берет меня за руку и ведет через него, и от страха мне бы хотелось закрыть глаза — перед мысленным взором мелькают кадры из фильмов ужасов про нападения акул и другой подводной живности (всё, пора прекращать с этими страшилками).

Около рифа среди щупалец актиний резвятся две чудесные желтые рыбки-бабочки. Мы кружим над ними, и Рассел демонстрирует, как с ними можно поиграть. Они весело снуют вокруг моей ладони, то и дело возвращаясь в свое укрытие. Такие приятные на ощупь!

Время летит стремительно; воздух в баллоне приближается к 50 барам (что я и сообщаю Расселу), и мы решаем подняться на 5 метров для остановки безопасности. Начинаю работать ластами. Куда это меня унесло? Рассел с Валерой останавливаются на необходимой глубине, а меня стремительно выкидывает на поверхность (забыла спустить воздух из жилета). Я болтаюсь в метре от воды, наблюдая за тем, как Рассел с Валерой ищут меня, какой-то удивленный и пожимающий плечами. «Куда же она пропала?» — кажется, они задаются этим вопросом. В это время я стараюсь не махать руками (чтобы не подумали, что у меня проблемы) и пытаюсь понять, как же вернуться к ним. Ничего в голову не приходит. Кажется, что прошло довольно много времени, прежде чем они наконец решили посмотреть вверх: «Привет, ребята! Вы не меня ли ищете? Все в порядке!» Рассел укоризненно качает головой и показывает на знаке, что следует делать. Наверху меня ждет разбор полетов.

Мы поднимаемся на корабль: «Рассел, это было потрясающе!» Он улыбается: «И совсем не страшно, верно?» Оказывается, что под водой мы провели почти 50 минут. Я начинаю наслаждаться обучением. Как же хорошо, что в последний момент я решила не изучать основы дайвинга в московском бассейне.

Соседние корабли покинули место, и через 10 минут после этого рядом с нашим судном появился одинокий пловец, растерянно озираясь в поисках своего ботика. Мы берем его на борт и начинаем расспрашивать, откуда он. Парень оказывается поляком, неплохо говорит и на английском, и на русском. Его случайно забыли! Наш капитан связывается по рации с нужным судном и просит их вернуться. Надо сказать, этому пареньку повезло: наш корабль был единственным в этом районе заповедника, на берегу не видно людей, и выбраться ему было бы довольно затруднительно.

Вернув нашего нежданного гостя на его корабль, мы также снимаемся с якоря и направляемся к другому рифу — «Marsa Gazzala». Почти все второе погружение будет состоять из упражнений, поэтому я прошу Рассела не брать с собой Валеру (я постоянно отвлекаюсь на него, боюсь, что он потеряется). По воле судьбы именно здесь в прошлом году у меня был неудачный интродайв. Сначала на поверхности я выполняю буксировку «усталого» дайвера. Хорошо, что Рассел такой тоненький, иначе на остальные моменты сил бы не хватило. Протащив его метров 20, я долго отдыхаю и восстанавливаю дыхание.

Риф просто великолепный, таких ярких красок я еще не видела, так и хочется всё потрогать, но разум одерживает верх над желанием. Крылатые рыбы, большие и маленькие, лежат прямо на кораллах и угрожающе поднимают свои колючие крылья, когда мы с Расселом зависаем над ними. Подходим к гроту, такому узкому, что пройти в нем можно только по одному, и Рассел говорит: «Иди вперед, я за тобой». Прохожу довольно успешно — только пару раз шарахнулась из стороны в сторону, испугавшись теней в расщелине.

Около дна в небольшом углублении Рассел замечает крупную рыбу, похожую на камень, и пытается её выманить, но она прячется ещё глубже в свою норку — ну и ладно с ней.

Вот и красавица мурена. Рассел предлагает подойти поближе, я отрицательно качаю головой — мне и так хорошо видно, кто знает, какое у нее настроение.

Я между делом выполняю различные упражнения, и когда вижу Рассела, останавливаю его знаком: «Стоп, не мешай мне, я сама». Вода, попадающая в рот, больше не кажется такой соленой и не вызывает отрицательных эмоций. В конце погружения я поднимаю Рассела на своем октопусе (запасном источнике воздуха) — будто у него закончился воздух.

На борту Валера встречает меня с бутылкой холодной воды в одной руке и чашкой чая в другой. Приятно, почти как утренний кофе в постель, когда выходные в Москве. Едва успеваю снять с себя снаряжение и разобрать свое оборудование, как мы уже входим в порт.

По пути к автобусу Рассел огорчает меня — я слишком старательная ученица, а завтра последний день обучения. Обидно, в прошлом году у Валеры было 3 дня морских погружений. «Рассел, а если завтра у меня все пойдет не так, ты будешь со мной работать еще один день?» «Хитрая ты,» — отвечает Рассел, — «с чего бы это вдруг?! Завтра ты сдаешь экзамен, не думай халтурить!»

После ужина мне приходится усесться за домашние задания, у меня накопилось «хвостов» за 2 дня: 4 главы учебника и 4 теста. Один глаз в книге, другой — в телевизоре (идет конкурс «Евровидение»). Я успеваю сделать задания быстрее участников конкурса и перебираюсь в кровать. Ужасно клонит в сон.

Просыпаюсь посреди голосования. Сна — как будто не было. Конкурс давно закончился, уже завершились споры на тему «почему мы не первые» в студии Останкино, а я всё еще мучаюсь бессонницей. За свою ночь я уснула только около 3 часов.

25 мая. Последний бой, он трудный самый.

Несомненно, я не выспалась.

Сегодня мы будем погружаться в прибрежной зоне Шарма, первая остановка — у отеля «Риф Оазис», риф называется «Temple», если я правильно записала. Сегодня на корабле большая компания, среди нас один «матерый дайвер» (так его окрестил Рассел) — огромный, как гора, француз, абсолютно лысый. Инструктор. Он сам обучает свою жену — хрупкую даму в возрасте.

Меня снова сажают за тестирование, а Валера, под руководством Рассела, отправляется отрабатывать свою плавучесть, его спецкурс действительно называется «мастерское владеление плавучестью». Откладываю тесты и начинаю расспрашивать Илону, как давно Рассел увлекся дайвингом. Оказывается, что не так давно, но очень сильно, ведь он покинул родную Англию, оставил хорошую работу и путешествует по морским просторам. В Шарме они с января этого года. Мне становится ясно, почему его так интересует красота Красного моря.

Настает время соединиться с Расселом и Валерой, которому строго велено не отходить далеко, пока мы на дне будем выполнять упражнения. Риф просто шикарный — он на голову выше тех уголков заповедника Рас-Мухамед, где мы были вчера. Из-за рифа на меня идет гигантский Наполеон, рыба почти метра два в длину. Если бы Рассел не предупредил на брифинге, что мы можем его встретить, я бы испугалась до смерти. Поразительное зрелище. Просто жаль, что мы не взяли в аренду камеру для подводной съемки. Вторая находка — гигантская мурена, часть ее тела скрыта среди кораллов, и я даже не могу предположить, сколько же она длиной — 2, 3 или 4 метра. Разворачиваюсь и мчусь за наставником. Вот, какое невнимание с его стороны — он больше не смотрит на меня каждую секунду и не спрашивает, все ли со мной в порядке. Неужели я так уверенно держусь?

Мы поднимаемся на борт и делимся впечатлениями о Наполеоне. Жена Рассела, Илона, также просит показать ей это великое творение природы. 15 минут безрезультатных поисков — рыбка исчезла.

Рядом с нами проводится другой курс обучения — rescue («спасатель»). Молодой человек пытается поднять «бессознательного» дайвера на борт. Бедному «тренажеру» достается здорово: то головой о борт ударят, то нога за что-то зацепится. После нескольких минут такого «спасения» можно самой оказаться на грани жизни и смерти. Следует сказать, что толпа зевак в нашем лице здорово отвлекает студента. Инструктор делает ему замечания и подводит итог: «Пациент скорее мертв, чем жив, после обеда всё заново». Из салона доносятся нелестные выражения «тренажера». Они снимаются с якоря и уходят в более спокойное место.

Последнее погружение — на рифе «Ras Katy». Рассел, специально для тебя, прыжок спиной вперед (хотя ты и разрешил мне его не делать). Кажется, что мы провели на дне совсем мало времени, даже воздуха осталось больше 90. «Нет,» — улыбается Рассел, — «как обычно около 45 минут, просто ты начала более экономно использовать воздух.»

Возвращаемся в дайв-центр для экзамена. В голове такое множество информации, что сложно выбрать правильные ответы. 50 вопросов, допускается 25% ошибок. Результат меня приятно удивил — 90% правильных ответов.

Рассел выписывает мой первый временный сертификат, затем, под его руководством, я делаю первые записи в журнале погружений. «Рассел, надеюсь, мы еще встретимся!» «Обязательно встретимся в сентябре, я приеду на advanced.»

Впервые за последние 4 дня я смогла по-настоящнему насладиться ужином. Валера высказывает мысль о смене специальности: было бы неплохо обосноваться где-нибудь здесь в качестве гида или инструктора.

Остаток дня я провожу как во сне, хотя едва ли это можно описать как полное ощущение сновидения. Внутри какая-то пустота. Ранее я почти до слез боялась входить в воду, а теперь почти плачу от того, что меня вернули из этой воды обратно на берег. Четыре дня пролетели, как одно мгновение. Почти до полуночи я провожу на балконе, глядя на темное море: как кинопленку прокручиваю каждую минуту пережитого, все яркие моменты, чтобы ничего не осталось незамеченным.

26 мая. Завтра будет новый день.

Очень грустно — послезавтра мне возвращаться домой.

Целый день проводим на пляже, и я даже не захожу в море: тело и душа все еще под воздействием потрясающего погружения вглубь, поэтому нет никакого желания плескаться на поверхности. Валерка замечает мое состояние: «Что, тебя зацепило? Грустишь?» Да, действительно задело, но я стараюсь не давать понять, как мне на самом деле тяжело: «Нет, все в порядке, просто немного устала.»

Вечером на балконе вновь борюсь с бессонницей. В это время появляется мой муж, все еще грустный:

— Что ты тут делаешь? Пора спать, завтра рано вставать!
— Оставь меня, дорогой, я в подавленном настроении. Все закончилось, можно и выспаться.
— Неужели ты не будешь моим напарником?! И не думай о том, чтобы покинуть это место в качестве студента. Завтра, точнее, уже сегодня, мы пойдем на Тиран; я предвидел твое настроение и вчера уже обсудил это с Катей.

Спасибо, любимый, это приятный сюрприз, иначе я бы покинула Шарм с разбитым сердцем.

Скоро засыпаю, с привычным ощущением тревоги и ожидания новых приключений среди морских обитателей, на которые я пойду уже в совсем новой роли.