О Дании большинство из нас знает лишь о том, что Ганс Христиан Андерсен родился там, и что сейчас это страна самых счастливых людей на планете, которые создали LEGO и обувь Ecco. Обычно туристы направляются в Данию, чтобы посетить Леголен и Копенгаген, однако это далеко не все уголки этой страны. Для тех, кто планирует самостоятельную поездку по Дании, книга «Почти идеальные люди» станет отличным руководством — значительную часть этого произведения британец Майкл Бут посвятил Датскому королевству и его жителям.
История Дании после Средневековья — череда неудач
Когда-то датчане, правящие всей Скандинавией, стали свидетелями Кальмарской унии 1397 года. Благодаря этому событию королева Маргарита Датская, аналогичная британской Елизавете I, взошла на трон Норвегии, Швеции и Дании — это был ключевой момент в истории страны.
Союз продержался более ста лет, пока король Дании Кристиан II не совершил резню в Стокгольме в 1520 году, казнив около восьмидесяти знатных шведских аристократов. Этот акт дипломатической неосторожности привел к тому, что Дания утратила контроль над Швецией.
Был и момент, когда, казалось, трудности отходят в сторону. Это случилось во времена известного монарха эпохи Ренессанса — короля Кристиана IV Датского, который начал реализовывать грандиозные военные и архитектурные проекты. Финансировались они в основном за счет пошлин на морские суда, проходящие через узкий пролив у Эльсинора, однажды известного как скандинавский Панамский канал.
Однако в битвах Кристиан IV терпел всё больше поражений от шведов, и его государство оказалось на грани банкротства. Один историк писал, что на момент смерти Кристиана в 1648 годах «Дания впала в столь глубокую финансовую бездну, что, когда самый блестящий из королей покинул мир, его корона находилась в залоге, а шелковое покрытие для гроба было куплено на заемные средства».
К счастью для короля, он не дожил до одного из самых мрачных периодов в датской истории. В результате Роскилльского мира — мирного соглашения, заключенного между Данией и Швецией в 1658 году, датчане были вынуждены отдать шведам земли Сконе, Блекинге и Халланд (чем-то напоминающие бородку на южном побережье Швеции), а также остров Борнхольм в Балтийском море (который позднее вернули Дании).
В последующие века судьба не была благосклонна к датчанам. В 1801 году британская эскадра, командиром которой был Нельсон, атаковала датский флот в Копенгагене, чтобы не дать французам завладеть им. А в 1807 году британцы вернулись и в течение трех дней обстреливали сам город. Погибли по меньшей мере две тысячи мирных жителей, и большую часть Копенгагена разрушили.
Это было первым в истории случаем бомбардировки гражданских объектов, что возмутило даже британские газеты. Результат налета оказался прямо противоположным ожидаемому — он заставил датчан перейти на сторону Франции.
С окончанием наполеоновских войн датчане осознали, что утратили Норвегию, как было прописано в Кильском мире 1814 года.
Ближе к концу века, в 1864 году, Дания окончательно лишилась своей спорной территории Шлезвиг-Гольштейн, которую забрала Пруссия, и была вынуждена оставить систему укреплений Danevirke, находившуюся под её контролем почти тысячу лет. Путем отказа от Шлезвиг-Гольштейн Дания потеряла около трети своей территории и, по некоторым оценкам, не менее половины своих потенциальных доходов.
Датчане и датский характер
Было бы удивительно, если бы такой длинный и печальный список потерь не оказал заметного влияния на датчан. Я бы даже сказал, что он формировал их национальный характер больше, чем географическая ситуация, лютеранская вера, наследие викингов или современная политическая система и социальное государство. Именно утраты, понесенные Данией, сыграли ключевую роль в формировании её облика.
Трудные времена объединяли датчан гораздо сильнее, чем другие скандинавские народы. Территориальные потери, страдания и унижения заставили датчан замкнуться и привили им не только сохраняющийся до сих пор страх перед изменениями, но и умение ценить то немногое, что у них осталось.
Оказавшись вне круга европейских сверхдержав, Дания сосредоточилась на своих оставшихся ресурсах. Затем начался процесс, который можно назвать «позитивной провинциализацией». Датчане научились быть оптимистами, поскольку у них не оставалось другого выбора. Думаю, именно такой подход помог им создать процветающее общество.
Естественно, дух нации состоит из множества аспектов, и, выбирая лишь один, я упрощаю ситуацию. Но замкнутость на границе изоляционизма вместе с национальным романтизмом формируют датский характер, который прекрасно выражает известный афоризм: Hvad udad tabes, skal indad vindes (Что утрачено снаружи, будет компенсировано внутри).
Эту фразу произнес датский писатель Х.П. Хольст, и она стала популярной благодаря Датскому Обществу Пустошей, которое установило её в качестве девиза и реализовало на практике. Деятельность данной организации, направленная на осушение заболоченных участков Ютландии, оказалась весьма успешной. К 1914 году Дания практически полностью компенсировала утерянные земли, возвращенных Германией, и приобрела множество гектаров плодородной пашни и пастбищ.
Таким образом, датчане научились тому, что и по сей день получается у них лучше всего: быть благодарными за то, что имеют, и извлекать из этого максимальную выгоду, ценить простые удовольствия жизни в сообществе, гордиться своей датской идентичностью и, что немаловажно, избегать конфликта с немцами.
Датские новости и датская гордость
Ярким примером провинциализма служат датские новости. Обычно в стране происходит немного событий, но это не мешает СМИ в первую очередь сообщать о том, что происходит в самой Дании, невзирая на события в остальном мире.
Однажды это меня сильно разозлило. В то время Япония восстанавливалась после разрушительного цунами, а в Ливии вспыхнула гражданская война. Но национальное радио обсуждало страховку, которая могла помочь арендаторам оспорить повышение арендной платы.
Я позвонил в редакцию новостей и прямо спросил, как они могут так думать. Немного смутившись, редактор ответил: «Мы решили, что про Ливию у нас все равно нет ничего нового для рассказа».
Датчанин, который считает, что вы ничего не знаете о его стране, спустя несколько минут общения часто произносит что-то вроде: «У нас очень маленькое королевство. Нас чуть более пяти миллионов, и все мы довольно схожи». К этому он может добавить, что у них нет никаких гор или водопадов, и что всю страну можно проехать на автомобиле за четыре часа.
Но вскоре вы заметите, что за их внешней скромностью кроется неодолимая гордость. Возможно, вам невзначай расскажут, что Дания является мировым лидером в области ветроэнергетики, что в стране не существует нищеты, упомянут бесплатный доступ к образованию и здравоохранению, а также щедрые социальные льготы. Вам поведают о том, что датчане — самые добродушные и умеренные люди в мире, что у них имеется лучший ресторан на планете, и да, возможно, будет упомянуто и о викингах.
Самое успешное общество — и самые счастливые люди на планете
Датчане испытывают глубокую и, безусловно, обоснованную гордость по поводу того, что им удалось в непростых условиях построить, вероятно, одно из самых успешных обществ на планете. (Слово «вероятно» в этой фразе — лишь моя добавка. Для самих датчан это аксиома.)
Ключевым элементом их успеха послужила Датская Высшая Школьная Комиссия, которая в середине XIX века разработала одну из первых систем всеобъемлющего бесплатного начального образования в Европе.
Также следовало бы отметить важнейшие события новейшей истории Дании — мирный переход к демократии после отказа короля от абсолютного правления и принятия Конституции 1849 года. Трудно переоценить значимость возникновения сельскохозяйственных кооперативов. Когда цены на зерно упали из-за дешевого импорта из США, датские фермеры смогли быстро переключаться с земледелия на свиноводство благодаря существованию кооперативов.
Вскоре кто-то догадался, какой бекон предпочитают британцы на завтрак, и придумал, как стандартизировать свиноводческую продукцию в соответствии с этими требованиями. В результате трудящиеся Дании обрели свое подлинное призвание.
Сегодня Дания является мировым лидером в свиноводстве, производя более 28 миллионов свиней ежегодно на убой, а датские свиноводы обеспечивают около 20% мирового экспорта свинины. Единственное удивительное — это то, что, объезжая Данию по всем направлениям, вы не встретите ни одной свинки на пастбище.
Что попробовать и что посмотреть в Дании
В заключение приведу несколько довольно случайных зарисовок о Дании, которые придают ей привлекательность и дают вам общее представление об этой замечательной стране.
Ландшафт южной части острова Фюн (Fyn), его холмы напоминают очертанием обнаженную женщину.
Ужин из сельди с красным луком на ржаном хлебе, кружки пива Tuborg и рюмки ледяного шнапса, после которых чувствуешь себя приятно опьяненным.
Flodebolle — заварной крем в шоколаде на вафельной основе. (Иногда вместо вафель используется марципан — от этого варианта лучше отказаться.)
Парковок здесь всегда предостаточно.
Вид из зала нумизматики Национального музея на королевские конюшни и задний фасад дворца Кристиансборг — здания датского парламента.
Слово overskud переводится как нечто вроде «запас сил». Например: «Я не могу косить траву сейчас. После такого обеда, да еще с выпивкой, у меня нет никакого overskud». Не представляю, как я жил раньше без этого слова. Еще одно интересное датское слово — smask, так обозначают неприятный звук, который иногда издают люди, жующие яблоко или кукурузные хлопья.
Ветер, воющий за окном, как сирена, пока я пишу этот текст.
Моя беседа с премьером Дании. Он появился на одной из главных торговых артерий Копенгагена, чтобы пообщаться с гражданами перед выборной кампанией. Никто из прохожих не обратил на него и малейшего внимания.
Заправочная станция, спроектированная архитектором Арне Якобсеном на набережной Страндвейен — это, вероятно, самая эффектная бензозаправка в мире.
Поездка в Баккен — это старинный развлекательный парк к северу от Копенгагена. Этот парк является одним из лучших способов перенестись во времена 1968 года.
Детишки в колясках, мирно спящие на улице у кафе, — это привычное зрелище по всей стране, независимо от погоды. Кэтрин Остин Фиттс, которая ранее работала в администрации президента Дж. Буша-старшего, когда-то выдвинуло идею создания Рейтинга Эскимо. Суть заключалась в том, чтобы узнать, сколько матерей в различных странах уверены, что их ребенок сможет самостоятельно сходить в магазин за мороженым и вернуться безопасно. Дания определенно заняла бы первое место в этом списке.
Термин Pyt. Это пренебрежительное восклицание можно перевести как: «Не стоит об этом переживать». У нас вот сегодня праздник на Ивана, а прогнозы обещают дожди? Pyt med det! (Пусть будет pyt!)
В кинотеатрах продают вино и пиво, которые можно брать с собой в зал. Что более красноречиво свидетельствует о высоком уровне культуры общества?
Гибискусы, пробивающиеся сквозь камни вдоль каналов острова Кристиансхавн в Копенгагене.
Набор LEGO «Звезда Смерти».
Способны ли восхитительные пирожные, малосольная селедка и замысловатые конструкторы создать формулу человеческого счастья? Возможно, нет, хотя для меня — да.
