Состояние беременности — это уникальный этап, который делит существование на «до», «после» и «последующее». В то время как «после» мы, в общем-то, уже пережили. «После» кажется совершенно другим миром. Все вокруг, живущие обычной, небеременной жизнью, воспринимаются как инопланетяне. Вот моя сестра Лена жалуется на проваленный экзамен. Какие еще учёба и оценки? А подруга Юлька вернулась из Рима. Смотрю на фотографии с её поездки и понимаю, что когда-то и я была там. Но вновь ли мне удастся побывать в тех местах? Как же далеко моя прежняя жизнь? В итоге, как в песенке Черепахи Тортиллы: «Я сама была такой 300 лет назад». И почему случайные люди на улице поздравляют меня и часто напоминают, что дети — это счастье? Ностальгия находится в шаге от будущего.
Портрет в рамке поднимает мысли о роддоме — этот далекий мир.
Дорогой малыш, тебе досталась мама — кокетка. На 34-й неделе мне захотелось увековечить этот момент. Чтобы на снимках из далёкого будущего моя улыбка с папой и с тобой олицетворяла счастье. Наперекор всем проблемам. Экспериментируя дома на фоне новых оранжевых обоев, поняла, что с освещением что-то не так, и принялась искать фотографа, который бы запечатлел нас в студии. Вскоре углубилась в интернета и оказалась в его паутине.
Однако мысли мои были не о том. Я погрузилась в интернет, читая отзывы о родах и ближайших роддомах. Казалось, ничего другого прочитать не могу. Возможно, это особая истерия. Набравшись смелости, позвонила врачу, который был рекомендован в женской консультации. Он ответил. В голосе — никакого страха: молодой, тридцати с лишним лет, с легким акцентом. И фамилия его звучит не по-русски — «Хамидов». Закрыла глаза и представила мужчину с бородой и арафаткой, как Ясир Арафат. И как, интересно, мне предстоит предстать перед ним без трусов? Тут уж, пожалуй, следовало бы надеть паранджу. Хотя слышала, что мужчины-врачи более сочувствующие к «слабому полу». Заикаясь и немного нервничая, назначила встречу с Хамидовым на следующий день. А затем забеспокоилась. Так скоро? Боже, завтра мне в роддом. И как это будет, интересно? Успокаивала себя лишь мысль о вечерней фотосессии, которая тоже завтра. Утром, чтобы избавиться от навязчивых мыслей, накрутила кудри и сделала макияж. Как положено: глаза, губы. Правда, горячую воду отключили, как только я успела умыться.
Не дожидаясь, боясь опоздать, пришла в роддом. Села на скрипящую кушетку у гардероба и начала разглядывать окружающее. Естественно, мой взгляд привлекло всё самое интересное. Вот девочка-подросток в изношенном халате, бледная и худенькая, с трудом присевшая напротив. Широко расставив ноги, с сосредоточенным выражением лица. Видимо, ей было больно после родов. За моей спиной раздался недовольный шик гардеробщицы: «Что, не стесняешься? Сядь нормально!» Девочка в ответ: «Больно». «Ничего, потерпи!» — в ответ. Вскоре к девочке подошел парень в спортивной одежде, на вид не старше 20. Умиленно поцеловал её в макушку и начал поглаживать по голове. Эта сцена едва не заставила меня расплакаться.
Пришло время встретиться с врачом. Он вышел из обсервационного отделения, и я сразу узнала его по уверенной походке. Внешне Хамидов оказался совсем не тем Ясиром, которого я себе представляла. Голубоглазый, с проседью, чуть за 40, с голливудской улыбкой и специфическим медицинским юмором. «Мужчина, я вас боюсь!» Он быстро объяснил, что, где и как будет проходить. Мое дело — выбрать и решить. Если бы только научиться выбирать. Так, чтобы попасть в яблочко с первого раза, без сомнений. В итоге, спустя 15 минут после выхода из роддома, всё стало казаться неопределённым и пустым. Я стала звонить родственникам и знакомым. У каждого — своя версия. Главное резюме: никто вместо тебя решать не будет. Сомневаешься — ищи других. И так далее. Утешили, называется. Последним был муж, который случайно оказался дома и попал под руку. Затем понеслось. Я направилась в фотостудию, напившись валерьянки и в легком замешательстве, испытывая порывы на «хи-хи». Когда я нервничаю, меня тянет на смех без причины. Хотя, причина всегда найдется.
Крылатый живот, или Перелетные люди
Прикрепила себе крылья, мол, я — ангел. Но мне казалось, что я скорее не ангел, а белая воробейка, или, может, пингвин. Пингвин! Точно! Я попыталась подпрыгнуть, но живот меня приземлил. Почему же беременные не могут летать, как птицы? Мой дорогой пузожитель, ты сразу отреагировал на мои акробатические попытки. Да, честно сказать, ты весь день трясся вместе со мной — живот все время норовил двигаться. И я потащила тебя на фотосессию! Тебе надо было бы поспать, а мне, эгоистичной мамаше, тоже не помешало бы отдохнуть. Но я оголила живот, подставив его под вспышки. Понимали, понимали, щелк, налево, взгляд вправо. Постарались изобразить нежную грусть и безудержную радость. Руки на животе, живот вперёд, спина назад, пинки изнутри. Ах, ты, мой малыш, тоже меняешь позы. Однако фотографии получились замечательные — не могу налюбоваться! Кроме того, мы снова участвуем в конкурсе вместе с тобой. И независимо от призового места, ты, мой малыш, лучший среди всех! В продолжение разговора о крыльях, заявляю, что люди судьбой похожи на перелетных птиц. Хотя и не летают в прямом смысле слова. Три года назад уехали соседи из Питера — пермяки, с которыми я дружила. А теперь они собираются вернуться. Навсегда? Само собой, навсегда ничего не бывает. Или другой пример: недавно мне написали знакомые из Египта, собираются в начале мая поехать в Литву через наш город и хотели бы встретиться. Мы не против. Но где же они были раньше? И где сейчас разместить? Двоюродный брат после двух лет молчания тоже решил написать. Или я сама впервые ему письмо отправила? Не суть. Важно, что мой круг общения обновился. И мой статус в жизни тоже меняется. Хотя мне нравится это предвкушение. Кажется, еще не совсем взрослый человек, но и не просто девушка. Ой, какое «не просто», ведь ты давно со мной. Но до сих пор это ощущается странно и необычно.
Новости из женской консультации
В конце беременности я начинаю осознавать, что испытываю почти семейные чувства к врачу из женской консультации. Её ласковое «Солнышко» заставляет меня улыбнуться, сидя широко распластав ноги в кресле. И правда, солнышко! Похоже, сладость располагает к комплиментам. Я говорю о коробке конфет «Птичья радость», которую я подарила врачу. Настоящая благодарность. После выписки необходимых анализов крови я с нерушимой уверенностью гляжу на себя как на почетного донора ЖК, учитывая, что многие анализы первого триместра мне пришлось пересдавать из-за их утраты. Удивляюсь, почему в третий раз за беременность, на последних сроках, снова необходимо проверяться на сифилис и СПИД. Обязательно!! Какие там венерические болезни? Я уже начинаю забывать, как люди занимаются любовью! На спине могу лежать максимум 5 минут, дольше не хватает воздуха. Мамочки, я задыхаюсь! Этот удобный бок — левый. Истина познаётся с опытом и временем. Когда-то мне нравилось спать на животе. «Баю, баюшки-баю, не ложись ты на краю, придет серенький Волчок и ухватит за бочок». Этой песенкой меня пугали в детстве наивные родители. Не так легко у меня теперь ухватить за подобные бока: переворачиваюсь с большими усилиями и вздохами. К вечеру мой вес кажется утратившим все границы. Сплю по центру дивана, обложившись подушками. Ночью часто просыпаюсь от позывов мочевого пузыря или игривого ребятенка. И когда вижу мужа, мирно храпающего рядом на спине или, еще лучше, на животе, дико завидую.
Модная мамочка, или Ода джинсам
Я собрала в ЖК тонны бесплатных журналов о «в этом» и жизни «после этого». Под «этим» я имею в виду беременность, роды, Ребенок! Что вы подумали? О, как бы хотелось их все подробней изучить! Или хотя бы просто пролистать. Особенно мне нравятся картинки с изображением стильных беременных моделей с почти плоскими животами. До конца пятого месяца и у меня был такой. Я всё время переживала. Каждый день смотрела в зеркало на еле заметный животик, удивляясь, почему его никто, кроме меня, не обсуждает. И мучилась вопросом: когда мои единственные беременные джинсы, купленные на вырост, наконец-то станут мне впору? На 20-й неделе в «Детском мире» купила бандаж. Долго его примеряла, раздумывая, какой размер взять. Шкала размеров предлагала 8 вариантов в зависимости от роста живота. Взяла номер 3. Эх, знала бы я, что на 32-й неделе не смогу в него втиснуться! Тем не менее, джинсам из вельвета за 2400 рублей (именно столько стоил мой стильный беременный гардероб) можно поставить памятник и написать оду. Меняя верх в зависимости от ситуации, я выглядела в них как к празднику, так и на каждый день. В этих джинсах встречала Новый год, ездила на дачу перекусывать шашлыком и ежедневно гуляла по улицам самого грязного из самых романтичных городов мира. Нет ничего удобнее вельвета в сочетании с трикотажем. Чёрный цвет навсегда!
Про кризисы семейной жизни, или Памятка для себя
Черная полоса, белая полоса. А где же остальные цвета? Невольно ловлю себя на мысли, что всё время оцениваю всё по категориям: хорошее-плохое. Никаких полутонов. Это о своей жизни и отношениях с мужем. А чужие отношения выглядят проще: почему люди не видят очевидные решения? Моя подруга из Москвы, Наташа, недавно родившая дочку Катюшу, выгнала мужа Костю и собирается подавать на развод. Плача, она рассказала мне, какой он эгоист, не желающий помогать по хозяйству, тунеядец, работающий по пару суток на двух работах за копейки, алкоголик, снимающий стресс известным коктейлем «пиво без водки — деньги на ветер». И это еще не всё. Недавно он чуть не утонул в ванной, так как захлебнулся — «скорая помощь» еле его откачала. А Наташа за 4 месяца оптимизма в компании с младенцем и сумасшедшей бабушкой окончательно выдохлась.
— Я не грузовой осел! И мне нелегко смотреть на отражение в зеркале, — говорила она мне с полной серьезностью. — Хочу постричься коротко, как мальчик, к черту все! Понимаешь, я теряю волосы.
— Да уж, — осторожно кивала я, осознавая, что это признак кризиса в семейной жизни, который может настигнуть даже самые счастливые пары, особенно в первый год после рождения ребенка.
Мне уже попадалась информация об этом на женских форумах. Если разобраться в корне проблемы подруги, становится очевидно, что причина в нехватке помощи и финансовых средств. В итоге, хроническая усталость обостряется на фоне материальных трудностей. Как же можно себя от этого защитить?
После часа разговора с Наташей, я понимаю, что нужно уметь просить помощь, даже когда тебя отказывают. В этом нет ничего унизительного. Но важно правильно формулировать просьбы, оставляя гордость и установку «я всё смогу сама» в стороне. Не стоит требовать, нужно именно просить. И не стоит подавлять усталость и негативные эмоции, прикрываясь притворным оптимизмом. Надо открыто обсуждать проблемы, не страшась того, что кто-то может не понять или отвернуться. Возможно, кто-то и убережет себя от твоего нытья, а кто-то выслушает. Но не стоит злоупотреблять вниманием и «вешаться на шею». К тому же, важно жалеть не только себя, но и своего мужа, хотя иногда этого не хочется. «Наташ, — говорю,— вы с Костей вместе уже три года. Он мечтал о дочке, и вы жили в любви и понимании. Я это помню». «Да, тогда я не замечала его минусов и акцентировала внимание на достоинствах,» — соглашается подруга. Классическая ошибка: «где тонко, там и рвется».
У меня есть еще одна приятельница по телефону, молодая мама, которая живет на дальнем конце города, аж на Московском проспекте, так что увидеться нам не суждено. Дело тут не столько в расстоянии, сколько в жизненных обстоятельствах. Полными хозяевами квартиры являются «любимые» родители ее мужа. А она — невестка, у которой, как это часто бывает, по мнению свекрови, руки не с того места растут. За четыре года совместного проживания они с супругом так ни разу и не пригласили гостей. Первые два года они жили в проходной комнате, что совершенно устраивало свекровь, но при этом вызывало гнев невестки. Опять же, классика жанра. Моя приятельница держится молодцом, избегает конфликтов с родственниками мужа. Постепенно она копила деньги на свое жилье. Но с рождением ребенка не выдержала и выплеснула все свои накопленные обиды, оказавшись в неприятной и угнетающей среде, чего никогда не хотела. С одной стороны, бабушка и дедушка на виду, а с другой — как будто их и нет. Малыш плачет, а они лишь игнорируют его крики, заглушая их звуками телевизора. Как будто их собственная жизнь важнее, чем жизнь внука!
— Артем! — зову мужа из кухни, завершив разговор с Наташей и перенесла её проблемы на свою жизнь. Взахлеб рассказываю ему о возможной послеродовой депрессии, слегка преувеличивая факты.
— Приготовься к худшему, — предупреждаю.
— Но я тебя поддержу! — отмахивается муж.
Да, в этом остается только поверить. Или написать ему клятву с подписью? Ну что ж, походу, я записала полезные советы для себя. Если возникнет необходимость, перечитаю их снова. Как говорится в старых пионерских временах: «Будь готов — всегда готов!». Или же еще одно крылатое выражение: «Кто ищет, тот всегда найдет!»
Акушерка Ольга
Ура! Я нашла акушерку! Зовут её Ольга. Во время телефонного разговора она так приятно назвала меня Верочкой, что у меня на лице появилась улыбка, словно у Чеширского кота. Я и правда на это имя откликнулась. Містерам-психологам — на заметку. Упс. На встречу в роддоме для уверенности я прихватила с собой мужа. Мы вошли в приемную и увидели пару будущих родителей, общающихся с милой женщиной в медицинском халате, лет тридцати. Я уже собиралась звонить своей акушерке, как услышала рядом вопрос: «Ольга Владимировна, если я начну рожать раньше, мне срочно нужно вам позвонить?» «Это она!» — неожиданно поняла я. Прислушалась к разговору, завершение которого знала почти наизусть. Осталось прояснить детали. Убедившись, что встреча закончилась, я позвонила Ольге, и мой телефон заиграл в кармане девушки в белом халате. Она улыбнулась и, издавая запах сигаретного дыма, обратилась ко мне на «ты»: «Ну, рассказывай». И я, не дождавшись, поведала ей о своем положении, открыв все карты: и результаты УЗИ, где, к сожалению, не всё в порядке, и свои сомнения и надежды.
«Как так — ты без обменной карты на 35 неделе!» — укорила меня акушерка. Затем уверила, что не оставит меня в родах. Ключевое слово «оставить». За ваши деньги, мол, они сделают всё: и помогут с дыханием, и расскажут, как правильно тужиться. Я ведь на курсы не ходила. Правда, я ознакомлена с техникой дыхания и пару раз тренировалась. Понимаю, что этого недостаточно. Тем более сейчас я буквально задыхаюсь. Одышка, плюс насморк. Пыхчу, как паровоз. Муж нежно дразнит меня «медвежонком». Ему виднее. Мы обсудили с Ольгой необходимость присутствия родственника во время родов. И ближайший родственник, сидящий рядом, немного скромнее. Ну да, я подстраховываюсь, ведь уже заранее договорилась с мамой, что она будет в группе поддержки. Мужчин, так мне кажется, надо беречь. Вдруг испугаются и сбегут. Вот, как тяжело вздыхает. Мы условились о специальной «родилке», а послеродовая палата пусть будет бесплатной. Я думаю, в компании других мам будет веселее. Мы с акушеркой «потерлись» ладонями. Ольга уехала на отдых, а я пообещала явиться к ней в роддом на первую консультацию к концу 37 недели. Честно говоря, мне уже осточертело выбирать и сомневаться. А на выходе из роддома я заметила что-то интересное. На асфальте крупно было написано: «Ушла размножаться!» Без подписи. А на заборе висел принт о том, что «Отдам коляску». И дополнение ручкой: «И ребенка в хорошие руки». Чем не шедевры беременного фольклора? Может, как у Шурика в «Кавказской пленнице», завести блокнот для этих записей?
Беременным положено обращать внимание на «красивое», или Так, талант, который не пропьешь!
Переключая каналы на телевизоре, я наткнулась на сериал про «Сашу и Машу» как раз в тот момент, когда Маша сравнивала роды с проталкиванием арбуза через ноздрю. Воображение мгновенно нарисовало картину. Эх, талант художника во мне пропал. А ведь в детстве я так любила рисовать на обоях! Говорят, во время беременности раскрываются новые способности, включая третий глаз. И тогда тебе прямая дорога в экстрасенсы или хотя бы в творцы. Главное — правильно вдохновиться.
— Может, не сходить ли нам в музей и полюбоваться картинами живописцев? — произнесла я своему мужу, который не догадывался о моих мыслях. — Почему бы и нет?! — пожал он плечами, не уловив подвоха.
Как было решено, так и сделано. К счастью, в Санкт-Петербурге много музеев. Огибая классические «Русский» и «Эрмитаж», подумав о прекрасном, мы незаметно добрались до Петроградской стороны. Я вспомнила, что неподалеку есть музей истории фотографии, мимо которого неоднократно проходила, но так и не заходила. Мы нашли нужный вход, постучались, и оказалось, что воскресенье — выходной. Затем Артем заметил, что на старинном деревянном особняке напротив появилась новая табличка: «Музей авангарда». Раньше, кажется, её не было, так как домик стоял в лесах. Если не ошибаюсь, пару лет назад он и вовсе горел. Интрига возникла, когда у ворот здания резко остановилась милицейская машина с мигалкой. Из неё выбежали несколько милиционеров. Они слишком быстро ринулись в особняк. Мы, не теряя времени, направились за ними.
— Ограбление? — спросил муж в недоумении. — Пожар! — высказала свою версию я.
Так или иначе, это было любопытно. Однако ситуация оказалась просто смешной. «Элементарно, Ватсон!» Милиционеры сгрудились в холле у телевизора.
«Го-ол!» — радостно закричал спортивный комментатор из глубины экрана.
Его крик погрузился в нечеловеческие вопли толпы, которые, как известно, нас охраняют. «Зенит» забивал на Петровском. Болельщики, черт их дери! Мы уже на цыпочках развернулись в сторону выхода, быстро оценив выставленные произведения авангарда, когда нас перехватила вежливая гардеробщица: «Уважаемые гости, заходите! Ах, вы ждете малыша! Беременным так полезно смотреть на красивое!» Мы стали первыми посетителями музея за день. Дебютировать за день – не сказать ничего! Судя по довольным лицам персонала, мы оказались единственными в последние семь дней! Работницы музея сразу же сообщили, что «дорогие гости» попались, вернее, попали в легендарный дом художника Матюшина и его музы Елены. Ну как же без любви! Нам предложили экскурсию по семи комнатам музея за дополнительную плату, естественно. Мы вежливо отказались от дополнительных услуг. Мол, мы сами, с глазами. На осмотр выставки потратили 20 минут, из которых 5 минут ушло на подъем по крутой лестнице на второй этаж под восторженное улюлюкание мужа. Полчаса занял дружный смех, вызванный полученными впечатлениями. Из чего мы можем сделать вывод, что трудом заработанные деньги имеют свои плоды. Хотя на каждого художника найдется свой поклонник. Вот, например, Малевич, близкий друг Матюшина, рисовал чуждые его современникам квадраты.
Разве это не безумие? Ныне же его картины демонстрируются в самых известных музеях планеты и в коллекциях состоятельных людей. Толпы преданных поклонников с восторгом преклоняются перед его искусством. Честно признаюсь, что из всей этой свиты меня больше всего привлекли лишь записи из дневников Матюшина. Как интересно, как глубоко люди чувствовали и романтизировали любовь. В каждой строчке слышатся мучительные вздохи и порывы. Все эти засушенные каштаны в коробочке, привезённые из Парижа, и полузасохшие платочки с вышитыми инициалами, а также пианино с подсвечником, за которым, возможно, любила играть та самая муза Елена, оставили у меня большее впечатление, чем множество картин, которые напоминают детские неуклюжие мазки.
Но в подтверждение моего мнения о том, что художник был как бы ребёнком, в последнем зале музея я увидела маленькие самодельные книжки с рисунками. В детстве я тоже пыталась 만들ать нечто подобное, но, увы, с меньшим успехом. Мои старания были невелики — уровень «каля-маля». Выйдя из музея, нас проводили с такой теплотой, будто мы были родными.
— Заходите!
— Спасибо, но вряд ли это произойдёт в ближайшее время.
— Обязательно возвращайтесь! У нас также проходят замечательные концерты. Позапрошлым летом выступал некий Звездинский. Великий музыкант, гениальный! Как, вы его не знаете!?
— А что он исполняет, извините?
— Музыку? О, это не столь важно. Он ровесник века, играл на рояле под первый немой фильм о революции. Он был свидетелем залпов крейсера «Аврора»! У него, кстати, огромная седеющая борода! Вот.
Я невольно ощутила внутренний толчок и, подавив смех, вышла на улицу. После таких зрелищ мой малыш требовал еды. О вкусах не спорят, особенно в состоянии беременности.
Хлеб, самый простой, белый, в форме кирпича из ближайшей булочной с тончайшим слоем свежего сливочного масла, стал моим любимым утренним угощением за последний месяц. Именно он и стал причиной моих лишних килограммов и пухлых щечек. Я подарила свои округлые формы счастье родным, которые жаждали увидеть в худенькой девочке уже настоящую женщину. А моё отражение в зеркале, которое предусмотрительно перенесла в кухню, оказалось для меня источником горечи. Ха-ха, ну там ему и место!
Как же всё начиналось? Если проанализировать своё состояние, рассматривать его через призму кулинарных предпочтений, то можно было бы составить кулинарную книгу беременной Веры.
Итак, всё началось с кислоты. Утреннюю тошноту я пыталась загнать лимоном и не сладкой клюквой. Фу, даже от воспоминаний меня передёргивает. Я ела апельсины, яблоки, киви и гранаты в огромных количествах. Меня привлекали яркие цвета. Я запечатлела моменты первых шагов своей беременности, а именно — окружающий мир, с усердным старанием раскрашивала в фотошопе, добавляя чересчур много зеленого, оранжевого, красного, желтого и синего. Удивительно, но в течение месяца меня совершенно не беспокоило состояние. Мой организм с радостью усваивал витамины, а глаз радовался насыщенным цветам. Однажды я проснулась и поняла, что никакой кислый фрукт не идёт. Более того, они стали вызывать отвращение. Я включила компьютер и, посмотрев на пеструю заставку с рыжей осенью-лисой, почувствовала, как неприятно сжался желудок. В течение ближайших дней я нашла спасительные варианты: сухари, овсянка, яйца и куриный бульон. Жизнь продолжалась.
Я натянула чёрный пуховик и джинсы, временно забыв о любимом хобби. Да и фотографировать было нечего. В Питере шли бесконечные дожди. Город накрыла тьма. Аппетита почти не было. Неприятные запахи сигарет, бензина и сильно накрашенных женщин в метро вызывали у меня раздражение. В машине укачивало. Я хотела спать, читать о лете и пить теплый чай с душистым земляничным вареньем. Внезапно мои вкусовые пристрастия изменились — меня потянуло на сладости. Казалось, что сам малыш давал команды. Если раньше я могла обходиться без конфет неделями, предпочитая рыбу и другие сытные блюда, то сейчас мой девиз стал таков: «Ни дня без сахара!» В ответ пузожитель радостно танцевал в моём животе. Будущий отец, в свою очередь, охотно поддержал мои новые аппетиты, самостоятельно принося домой килограммы изысканных пирожных и съедая их вдвое больше, чем я. Он как будто «вошёл в положение». Тсс, я подношу палец к губам, подозревая, что они с сыном уже успели договориться. Обидно — ещё не родился, а уже у него свои тайны.
Но дни шли, и мои предпочтения становились всё более экстравагантными. Скоро я начала lasagna с явным удовольствием. Недели потребовала «Рафаэлло». На следующей неделе меня потянуло к коробочкам с дорогой нидерландской клубникой, красиво выставленным в супермаркете. Настоящее чудо в середине января. Условные границы пищевых запросов начинали расти. Как-то незаметно финансовая скрупулезность проявилась, в результате чего мне снова пришлось сесть на диету. Не знаю, как так получилось, но нет худа без добра. Я полюбила молочные каши, творог, вечерний кефир и нежирную рыбу и мясо. А вскоре я наткнулась на ту самую булочную неподалеку, и обнаружила для себя восхитительный белый хлеб. Таким образом, казалось бы, можно было бы завершить беременную веху «О вкусной и здоровой пище». Если бы не одно «но». следующая глава уже пишется без моего ведома. Я прогуливаюсь по улице, вдыхая божественное благоухание рыбки. И если у американцев приход весны ознаменовывается Днём сурка, то в Питере, похоже, наступило время замечательной рыбы с ароматом свежего огурца. Не трудно догадаться, какое блюдо займёт первое место в моём кулинарном хит-параде в ближайшие дни. Что у вас на обед?
Про реву корову, или Слезная история
«У-у-у», — завыла я в трубку, когда позвонила мужу на работу. Всего пару минут назад я успокоилась и не собиралась реветь. Но как только я услышала знакомую весёлую мелодию финской композиции, меня охватило самосожаление.
«Что случилось, малыш?» — именно такие слова мне хотелось услышать в ответ, но мой муж никогда не называет меня ни «малышом», ни «котёнком», ни… разве что «медвежонком»! Обидно, но тем не менее — точно. Именно медведи ревут, в отличие от коров, которые, похоже, мычат.
«Муууу», — ответила трубка. Это был Артем, который, не дождавшись привычного приветствия, сразу озвучил своё знаменитое «ну!» Мол, не томи, выкладывай быстрее. Что ж, краткость — сестра таланта. Я начала рассказывать, как меня откровенно обсчитали в магазине, куда я обычно хожу за вкусным белым хлебом. Продавщиц было две, а я одна! И нахальная команда заявила, что у меня «беременные» мозги. Спасибо, что не обвинили в маразме. Слёзы навернулись на глаза. Где же прежняя хладнокровие и уверенность?
Почему я так остро отреагировала на обычное хамство и не смогла постоять за себя? Ведущая девочка с большим животом. Да, иногда девушкам в интересном положении сложно контролировать свои эмоции. Многие уже рождавшие дамы любят заявлять, что беременность — это самое замечательное и счастливое время в жизни женщины. Но от чего они умалчивают? Забывают обо всех страхах, перепадах настроения, недомоганиях и моментах растерянности, которые также иногда возникают в этот чудесный период. Лучше бы заранее предупреждали о том, что справиться с бушующими гормонами будет непросто. Как говорят, «предупрежден — значит вооружен!» Расскажу, как это бывает. Проверено на собственном опыте.
Огромному миру, как правило, совершенно не важен тот факт, что ты в положении. То есть он не уделяет той важности вашей беременности, которую придаёте именно вы. За исключением семьи и друзей. Конечно, люди заметят ваш округляющийся живот, особенно в последние месяцы, когда он действительно заметен и когда малыш стремится на свет. При этом многие с любопытством поглядывают. Например, «обрати внимание, вот беременная идет». И начинают комментировать, вспоминать! Но надежды на какие-либо привилегии, к сожалению, не стоит. Никто не спешит освобождать место в общественном транспорте. Хорошо, если на ногу не наступят. И не дай бог оказаться в толпе; может произойти оплошность и вас просто затопчут. На днях, в разгар Вербного воскресенья, я оказалась в одном известном храме Санкт-Петербурга. По случайности оказалась там, желая помолиться у старинного образа. Я чудом пробралась к иконе, но как вернуться, уже набежала толпа. Впереди следовал священник, благословляющий прихожан с вербами. Прекрасная церемония. Только я разбилась с ним об свои выпуклые части тела. Его свита, в смысле, священник и его священное тело, ловко оттеснили меня вглубь толпы, которая закружила нас с малышом, унося в неизвестное направление. «Страшно, даже жутко», — как поёт Высоцкий. Ой, сама же виновата, что влезла. И никаких соплей по поводу моего живота. В толпе каждый за себя.
Беременную женщину можно легко испугать. Что сказать о добрых сотрудницах из женской консультации, которые при самых легких жалобах могут незамедлительно отправить тебя в больницу! Побыть на сохранении, мол, чтобы задуматься о своем состоянии. Врачам спокойнее, а ты, слушая их уверенные слова о возможной угрозе, впадаешь в панику. «Пишите отказ!» – требуют они, тем самым очищая себя от ответственности. И — прощайте! Если станет плохо — вызывайте «скорую». Цвета тускнеют, мир теряет яркость, хрупкое спокойствие мгновенно разрушается. И вот ты, сломленная, открываешь дверь кабинета, ощущая, как на тебя смотрит врач с укоризной. Бредешь по улице, заливаясь слезами, чувствуя себя героиней трагической драмы. Никто не проявляет интереса к причине, по которой ты плачешь. Возможно, они просто не замечают твоих слез, ведь идет дождь. Удивительно, но еще утром светило солнце. Вернувшись домой, идешь к телевизору. На всех каналах показывают лишь печальные фильмы или передачи. Смотришь программу «Ищу тебя!» или последние новости и вновь разрываешься в слезах. Вместо того чтобы выключить телевизор, включить свет или позвонить друзьям, ты погружаешься в свои проблемы. Тебе тяжело, и настроение, кажется, еще ухудшается! Затем ты заходишь в Интернет, вводишь в поисковой строке «депрессия у беременных». Да, звучит устрашающе и основательно. На каком-то форуме ты с воодушевлением читаешь чужие жалобы и понимаешь, что ты не одна. Вскоре слезы сменяются всхлипываниями, а затем тебе становится смешно, и ты начинаешь искренне смеяться. Нам не страшны ни злые волки, ни гипертонус матки, ни боль в животе, ни кровь из носа, ни простуженное горло, ни внезапная паника из-за нехватки денег или роста цен на жилье. Даже беременная тоска, кажется, обошла тебя стороной. «Все проходит, и это тоже пройдет», — уговариваешь ты себя.
Генеральная репетиция
«Топ, топ, топает малыш!» — напеваю, вспоминая мелодию из детства. В моей руке маленькая доверчивая ладошка полуторагодовалого соседа. Я боюсь ее крепко сжать, а вдруг повредить? Удивляясь всплеску материнских чувств, стараюсь скрыть их с помощью пустых слов и бессмысленных фраз. И вот вновь сломался лифт. У мамы малыша в руках коляска и сумка.
— Позвольте, я помогу вам! Но тяжести поднимать сейчас нельзя.
Малыш просится на руки.
— Ты же такой взрослый! Давай спускаться ступенька за ступенькой, попробуем? — предлагаю ему.
И мы вместе проходим пять этажей: ты, он и я.
