Наверное, единственными, кто с такой теплотой относится к моему далеко не идеальному животу, являются мои прекрасно воспитанные дочери.
— Привет, пузико, — поздоровалась старшая с младшей, совершенно всерьез, не обращая на меня внимания.
— Ой, мой домик, там был мой домик, — запела младшая. — Раньше там жила Даша, потом я, а сейчас там никого нет? — уточнила, на всякий случай. И вдруг с неожиданным возбуждением: «Мама сдает домик!»
Дочки. Светлые, симпатичные, с разницей в пять лет. Как же вам повезло.
Если не углубляться в хронологические и медицинские подробности — вас не должно было бы быть, а вы появились на свет. Общество вас не одобрило, но благословил Господь. Теперь вы сможете написать и спеть за меня, если потребуется, даже лучше, ведь мы о трех головах и шести полушариях — это действительно мощнее, это мои отложенные дивиденды. Только сны мучают, наполняя ностальгией по эмигрантским местам: по тем, где я давно не была, по тем, где никогда не бывала, и по вопросу, буду ли я там еще когда-либо.
Теперь я — дом, и усердно стою на своем месте.
И я еще подержусь образом хорошего, уютного домика, чтобы мои девочки не испытывали страха — ни перед холодом, ни перед темнотой, ни перед тяжелым опытом нашей жизни.
В стенах этого домика я стараюсь создать атмосферу безопасности и тепла. Здесь мы общаемся, играем, делимся мечтами и переживаниями. Я всегда готова выслушать их, предложить помощь и совет. Это важно не только для их эмоционального состояния, но и для нашего в целом как семьи.
Я надеюсь, что, когда они вырастут, они будут помнить этот дом как место, где они были счастливы, где был смех и радость, а не только заботы и трудности жизни. Таким образом, дом становится не просто физическим пространством, а символом любви и поддержки, которую мы можем дать друг другу.
