При сравнении популярности вальдорфских садов и школ, первые, безусловно, занимают более высокие позиции. Хотя, казалось бы, принципы воспитания должны оставаться едиными. Тем не менее, некоторые родители, узнав, что в штайнеровских школах чтение начинается лишь с третьего класса, начали сомневаться в эффективности антропософского образования и перевели своих детей в более традиционные учреждения. Однако это не сказалось на популярности вальдорфских детских садов, так как желающих записаться туда много, и образуются огромные очереди. С чем это может быть связано?
Погружение в иной мир
Как только вы переступаете порог вальдорфского детского сада, вас окутывает атмосфера волшебства, словно вы попали в совершенно другой мир. Здесь нет суеты, спешки и других неприятных моментов. Дверь открывает воспитательница, распахивающая свои руки в жесте приветствия. Ребёнок тут же ощущает свою важность и то, что его ждали. Эта сцена невольно заставляет сравнить её с обстановкой в обычных детских садах, не так ли?
И не думайте, что я преувеличиваю, говоря о другом измерении — это скорее небольшое преувеличение, так как, закрыв за собой дверь, мы действительно попадаем в мир с совершенно иными правилами. Здесь все тщательно продумано: как организовать день, в какие игры играть и как делать игрушки, какие сказки рассказывать, как начинать трапезу и, разумеется, что есть. Все это базируется на глубоком мировоззрении, корни которого уходят к антропософии, основанной Рудольфом Штейнером. Вальдорфская педагогика строится именно на этом учении.
Давайте же вместе с детьми станем частью их дня!
Свободные игры с простыми игрушками
На одной из стен находится репродукция иконы Богоматери с Младенцем, а вокруг — сезонные композиции из тканей и природных материалов — букеты, желтые и красные листья, камни. У стен стоят открытые полки, на которых размещены плетеные корзины с кусочками шелка и хлопка, деревянные игрушки, текстильные куклы, вязанные курицы и овцы, камни, ракушки, деревянные кубики и подвижные игрушки наподобие загорских (стучащие кузнецы и подобное). Всё это многообразие используется в свободной игре, которая открывает день в вальдорфском саду.
Дети играют самостоятельно, а воспитатели не вмешиваются, так как запреты и указания лишают ребенка свободы выбора и самостоятельности — это один из ключевых принципов вальдорфской педагогики.
Конечно, воспитатели внимательно следят за детьми и в нужный момент оказывают помощь. Например, они могут поучаствовать в строительстве трехэтажного дома из детских столиков. Если кто-то выказывает интерес к играм, не соответствующим принятым нормам, его мягко перенаправляют к тому, что здесь обычно практикуется.
Еще один важный принцип — отсутствие синтетических материалов. Игрушки должны быть выполнены из натуральных компонентов. В крайнем случае, их покупают у мастеров народных промыслов. Куклы и животные шьются либо вяжутся с использованием непряженой шерсти. Ребенку приятно держать в руках куколку, сшитую заботливыми руками мамы, ведь она теплая. «Как можно прижать к груди кусок пластика? Он ведь неживой!»
Второй принцип — минимализм в дизайне игрушек до первобытного уровня. Это не ирония, а цитата из трудов Элизабеты Грюнелиус, основательницы первого вальдорфского детского сада. Считается, что простые игрушки — к примеру, деревянный брусочек, который может служить одновременно и столом, и автомобилем, и лошадкой — способствуют развитию детской фантазии и положительно сказываются на формировании внутренних органов. Зафиксированное выражение лица куклы не всегда успевает за игрой, поэтому вальдорфцы решают этот вопрос просто: рисуют два кружочка для глаз и ставят точку для рта.
Несмотря на заявленный прагматизм, игрушки действительно очаровательны и создаются с изобретательностью. Например, черепаха с панцирем на пуговицах или синий мяч с вышитыми звездами: кто бы мог подумать, что его можно связать спицами и набить шерстью? При этом он умеет прыгать и не разобьётся, даже если его случайно бросить в окно.
Детские занятия
В центре комнаты стоит просторный рабочий стол, за которым сидит одна из воспитательниц (обычно их две) и занимается рукоделием: шьет, рисует, вырезает (как из бумаги, так и из дерева), готовит салаты, варит варенье, нанизывает бусинки. Иногда, отвлекшись от своих дел, к ней подходят дети, чтобы сделать несколько стежков или мазков кистью. Никто не заставляет их работать, хотя каждый обязан подготовить подарок к празднику. И что же? Воспитатели терпеливо ждут, когда, наконец, Ваня решится раскрасить коробочку, и Ваня даже не спешит.
Подарки, которые дети готовят для родителей, скажем, на Рождество, могут быть довольно сложными: к примеру, картонная коробка с витражом, в которой находится гирлянда, сделанная собственными ручками. Конечно, все подготовительные работы, включая вырезание силуэта Марии с Младенцем, выполняет воспитательница — ребенку остается только выбрать цветную пленку для крышки и сделать гирлянду, пусть даже маленькую. Тем не менее, порой дети имеют свои идеи по поводу подарков и коробок, и воспитатели помогают воплотить их в жизнь.
По средам дети готовят винегрет, надевают фартуки и используют настоящие ножи для резки овощей на деревянных досках. По четвергам они пекут печенье. С помощью небольших скалок раскатывают тесто, вырезают фигурки с помощью игрушечных формочек, раскладывают их на противень и передают его нянечке, которая ставит его в печь.
Вы думаете, это опасно? Порежутся? Когда моя четырехлетняя дочь начала посещать вальдорфский детский сад, они каждый день делали салаты. И у нас не было никаких травм, хотя дома она никогда такого не делала. Может быть, мы недооцениваем наших детей?
Вы заметили, что дети не развлекались, а действительно занимались? Они строили, шили, превращались в принцесс, резали овощи и нанизывали бусины. Они полностью вписывались в жизнь, как любят говорить вальдорфские педагоги. К играм они относятся с utmost seriousness.
Совместные занятия
Помимо свободной игры, способствующей индивидуальному развитию ребенка, также проводятся и совместные занятия: рисование, пение, лепка, праздничные игры и уборка.
Примерно через полтора часа после прихода детей в сад, в руке воспитательницы звучит колокольчик:
Динь-дон, динь-дон
Убираем вокруг все.
Удивительно, но в вальдорфском детском саду организовано так, что все дети охотно убираются — возможно, потому, что они успели наиграться и в глубине души ждут чего-то нового?
Воспитатели не кричат на них, не забирают игрушки: «Катя, действуй быстрее!» или «Саша, почему ты не работаешь?». Они включаются в общий процесс и помогают. Тряпочки аккуратно складываются в корзину, а «трехэтажный дом» разбирается на столы. На столах располагаются не скучные клеенки, а скатерти или хотя бы красивые матерчатые салфетки, сделанные воспитателями или родителями. На стол ставятся плетеные подносы для завтрака детей.
О! Скатерти на столах — это не излишество, а элемент воспитания. В вальдорфских общинах Европы даже люди с умственными особенностями едят на матерчатых скатертях. Вероятно, они этого не осознают, но такое серьезное отношение к еде делает трапезу незабываемой. Люди начинают уважать себя и свою еду, а не барахтаться с ложкой в тарелке с борщом, вызывая красные брызги.
Принципы питания
Следует отдельно упомянуть о том, что едят в вальдорфском саду и что не приветствуется. Бывают различные неожиданности — особенно если вы придерживаетесь какой-то особой системы питания.
Антропософы следуют своим путем, но ближе всего к ним по духу вегетарианство: в рацион входят овощи (но не все, например, картошка и помидоры под запретом), пропаренные злаки (но не сладкие каши на молоке), сухофрукты. Что касается сладостей, здесь случаются разногласия, которые, на мой взгляд, происходят из-за нерешительности самих приверженцев вальдорфской педагогики. Но это вовсе не означает, что ваше чадо будет есть только мюсли и салаты (что приходилось видеть мне): организация питания — дело хлопотное, и не исключено, что дети в итоге будут есть из общего стола. К тому же не забывайте о винегрете по средам и печенье по четвергам.
Естественно, сталкивая высокие принципы здорового питания в духе антропософии с реальностью, иногда возникают любопытные ситуации. Одна знакомая воспитательница сообщила, что на завтрак дети едят лишь то, что принесли с собой. Причём, если яблоко или банан даст только один родитель, а остальные не принесут фрукты (хотя это было обговорено), тогда двадцать детей съедят одно яблоко или один банан.
«Моя нянечка, женщина с очень материальным восприятием, скептически относится к тому, что можно наесться одним яблоком, — делилась она со мной. – Но дети так радуются, когда угощают друг друга! А потом маленькие бутерброды. Почему не большие? Не все могут с ними справиться».
Не переживайте: дети приходят в сад достаточно сытыми. Разве не лучше, когда в обычных детских садах с детьми довольно грубо обращаются во время еды? Для подрастающего человека это непростительно.
Если вам не нравится, что двадцать детей съедают одно яблоко, можно организовать дежурство среди родителей — подобные инициативы встречают поддержку.
После еды вновь звенит колокольчик, и дети собираются на улицу.
Чтобы развивающие силы могли правильно воздействовать на детский организм, необходимо, чтобы прогулки проходили без каких-либо ограничений: в специально подобранной одежде детям разрешается заходить в воду и шлепать по грязи.
Сказка, повторяемая многократно
Когда малыши возвращаются с прогулки, им читают или показывают сказку. Прошу вас не удивляться: одну и ту же сказку могут рассказывать в течение недели, а мастерские рассказчики – целый месяц. Это считается настоящим искусством. Так в чем же дело?
Дети стремятся полностью погрузиться в сказку, и им важно ее слышать в точности, без изменений. Воспитатели во вальдорфских детских садах утверждают, что такая практика насчитывает свою жизнь и остается с малышами. Если воспитательница вдруг забудет какой-либо образный момент, то дети мгновенно его вспомнят и добавят.
Разумеется, старшие дети (в группах могут быть дети разного возраста) могут высказать недовольство: «Снова про яблоко!» – но все же слушают с интересом: воспитатели рассказывают увлекательно, и это похоже на моноспектакль, где не только сюжет, но и атмосфера привлекает внимание.
Сказку не только рассказывают, но и можно лепить – из воска, который источает приятные натуральные запахи. За столом сидит воспитательница, перед ней лежат три платка. Один представляет волшебную страну, другой – наш мир, а третий служит рекой. Через реку переброшен небольшой деревянный мостик.
Дети создают свои фигурки и, показывая на столе, рассказывают, что это такое и для какой страны подойдет. Мальчик может слепить колбаску и сказать, что это волшебный столб, к которому прикоснуться, чтобы начать летать. А еще вот единорог, который переносит на себе куда угодно. А здесь самый настоящий ежик.
Когда все закончили, воспитательница начинает рассказывать сказку: «Жила-была девочка, которая пошла в лес и встретила ежика.» (Разочарую вас немного: не нужно придумывать что-то особенное. Просто идите по лесу и встречайте всех тех, кто был слеплен – ведь каждый ребенок будет рад, что его персонаж нашел место в сказке. И это замечательно, потому что в жизни такое происходит не всегда, верно?)
Вместо лепки могут быть занятия рисованием. На самом деле, это совсем не то, о чем вы сейчас подумали. Дети рисуют всего два раза в год (!) по два месяца. Водяными красками – акварелью – и только тогда, когда природа полна воды: осенью, во время дождей, и весной, когда снег начинает таять.
Ох, как сложно все в антропософии! Как любят часто говорить вальдорфские педагоги, дело не в том, чтобы нарисовать что-то конкретное – дерево или, скажем, дом. Считается, что ребенку важно просто поэкспериментировать с красками, и поэтому в начале ему дают только один цвет. Например, желтый. Они наносят жидкую акварель на бумагу и осознают (что бы вы ни думали?) качество цвета. Так их готовят к эмоциональному восприятию искусства.
Затем дают синий цвет. Потом – красный. Некоторые воспитатели рассказывают при этом сказки, другие спрашивают, где в природе можно встретить такой цвет, третьи предлагают просто молча смотреть на рисунки.
Понимаю: это может быть сложно представить. Особенно с нашими детьми. Но я предупреждала: вальдорфский сад – это особое место.
За границей детей забирают домой после обеда – так было и в наших вальдорфских садиках ранее. Однако времена бесконечного следования стандартам, к счастью, далеко в прошлом. Жизнь внесла свои коррективы, и сейчас малыши укладываются спать.
Что же главное?
Вы, наверное, заметили, что до сих пор не упоминалось о чтении, счете или письме. Это не случайно – в вальдорфских садах детей не готовят к школе. Впрочем, что это за школа, если к ней надо готовиться? Разве она не предназначена для обучения? Однако факт остается фактом: несмотря на запреты московского Комитета образования, детей на собеседованиях в школы все же экзаменуют. Но если вам понравилась созданная мной картина, то я думаю, что подготовка к школе вас не остановит.
На самом деле, с этим справится почти любой отец или мать. Кстати, моя младшая дочь посещала вальдорфский сад (по разным временам даже разные сады), и это абсолютно не помешало ей пройти вступительное собеседование лучше остальных. Учительница даже спросила, возможно, мы перепутали школу, в которую хотим записать девочку?
Сейчас она учится хорошо, а в первом классе наша учительница не раз интересовалась: где же так воспитывают эвристическое мышление и формируют таких раскрепощенных детей? Не хотела бы, чтобы это звучало как самовосхваление, но с государственным садиком мы действительно столкнулись с трудностями, когда там вдыхала воздух старшая дочь. Не буду углубляться, как, например, ее, двухлетнего малыша, запирали в туалете за то, что она взяла с полки куклу, для которой я сшила всю одежду, и как невозможно было не пропустить ни дня, не вызвав врача. А попробуйте вызвать врача, если у ребенка просто слегка подкашливает и насморк!
Дело не в игрушках, не в сказках и не в рисовании два раза в год – дело в отношении к ребенку. В вальдорфском саду нет места не только наказанию, но даже повышению голоса на малыша. Его не укоряют и не вызывают к его совести – считают, что до 12 лет делать это совершенно бессмысленно. До семи лет ребенок живет на чувстве подражания, и, следовательно, он станет таким, как окружающие его взрослые. Это не только антропософский принцип, но и проявление элементарной культуры поведения.
Елена Шарова
Статья из ноябрьского номера журнала.
