На протяжении всей моей беременности, да и по сей день, когда моей дочери уже 1,7 года, тема родов и ожидания малыша вызывает во мне бурю эмоций. Не знаю, почему так, но стоит только услышать или прочитать что-то об этом, как меня сразу охватывает сентиментальность. Время ожидания было для меня полным увлечением, я с жадностью читала истории о родах, и даже сейчас время от времени их перечитываю, пусть и реже, ведь малыш требует много внимания.
Наконец, прошло полтора года с рождения нашей дочери Светланы, и мне захотелось поделиться, как все происходило.
Летний период 2001 года начинался, как обычно: мы с мужем трудились, а по выходным проводили время с друзьями, не предвещая никаких значительных событий. Вдруг на работе у меня началась настоящая суматоха — я была вынуждена выполнять обязанности сразу двух человек: своих и кассира, который ушел в отпуск. В таком режиме стресс и нервное напряжение стали спутниками каждой минуты. На фоне всей этой суеты я тихо замечаю задержку менструации сначала в семь, а затем и в четырнадцать дней. На работе меня поздравляют коллеги, но я пока не могу поверить в это счастье, ведь у меня нет даже тошноты. Странно, потому что с Олегом мы уже обдумывали идею стать родителями, хоть и воспринимали это как нечто отдаленное. В тот год мы отметили первую годовщину нашей свадьбы, а затем неожиданно для себя столкнулась с токсикозом, который запомнится мне как «жуткие летние дни 2001». Усталость буквально разъедала меня: я не могла ни сидеть, ни ходить, а работа только добавляла в мою жизнь хаоса. Приходилось носить документы в банк, хотя меня постоянно тошнило. Кстати, ни разу не вырвало за всю беременность, но чувство тошноты меня не покидало ни на минуту. Головокружение настигало при каждом движении, а полная усталость порой заставляла просто падать на диван, совершенно измученной. В то время как мой муж пытался меня вкусненьким порадовать, я не могла даже смотреть на еду. И конечно, все это происходило на фоне ужасной жары, которая усугубляла моё самочувствие — я могла осилить лишь немного сока.
На работе мою внешность просто не узнали. Всю жизнь я была стильной и ухоженной, а тут превратилась в нечто с тусклыми волосами и зеленоватым, не накрашенным лицом, в шлепках — любимые туфли на каблуках я просто не могла надеть, а также ходила в одной и той же одежде. Забавно, но даже токсикоз распространился на цвета и людей вокруг меня, что заставило меня носить одни и те же штанишки и кофточку целый месяц. Прямо перед началом беременности мы купили кучу новой одежды, однако через пару дней я едва могла смотреть на неё без приступов тошноты.
Когда я ушла в отпуск, то месяц провела на диване в борьбе с жарой, что все же оказалось лучше, чем трудиться. В какой-то момент мне попалась на глаза книга Солженицына «Раковый корпус», что показалось мне довольно странным выбором. Позже, мне стало значительно легче, но периодическая тошнота продолжала беспокоить до конца августа.
На учет в женскую консультацию я встала на 25-й неделе. Меня отругали за позднее обращение, но больше всего меня пугал низкий гемоглобин! Это слово вызывало у меня панику на протяжении всей беременности. Когда я пришла на учет, уровень гемоглобина у меня был 62. (я не преувеличиваю) — врачи заверили меня, что с таким показателем не выживают. Начали уговаривать лечь в больницу, но я сопротивлялась, у меня на работе был отчет и налоговая проверка. В итоге с меня взяли расписку, что в случае чего они не несут ответственности за мою жизнь. Я обрадовалась и сбежала с чистой совестью. Конечно, мне прописали множество инъекций глюкозы и витаминов группы В, на которые у меня была аллергия, но это их не сильно волновало.
Всю беременность я старалась поднять гемоглобин, налегая на продукты, богатые железом: черная икра, гранатовый сок и даже консервированная печень трески, которую, хотя и не любила, из-за низкого гемоглобина считала необходимой. Я ее просто ненавижу. Даже запах этой пищи вызывал отвращение!
В итоге гемоглобин поднялся лишь до 80! Мне сказали, что с таким уровнем тоже не выживают. Я пришла к выводу: мне лучше оставаться ненормальной, чем есть всякие гадости. На 36-й неделе я была в декретном отпуске, спала до полудня, запивала колу в больших количествах (что якобы нежелательно) и лопала корейскую морковку, которая тоже не рекомендовалась. Кайф!
Затем стали появляться отеки на ногах, и мы решили пойти в роддом заключить контракт, чтобы забронировать палату. Врач, взглянув на мою обменную карту и увидев уровень гемоглобина, заявила, что мне необходимо лечь в дородовую. Однако я продолжала игнорировать их советы.
Оставшиеся две недели я наслаждалась бездельем, все необходимое уже было куплено и подготовлено, вечерами мы с мужем гуляли и иногда даже выпивали пиво.
С рождением ребенка мы не придавали особого значения, хотели быть вместе в этот момент. Мы не ходили на курсы, потому что в нашем районе их просто не было. Вся информация черпалась из Интернета, и мы были готовы на 100% к родам.
И вот настал долгожданный момент!
Хроника событий
7 февраля, 9 утра. Отправляю мужа на работу и чувствую, что что-то не так.
В течение всего дня мне звонили друзья и родственники и расспрашивали, собираюсь ли я «рожать». Я успокаивала всех, отвечая, что всё в порядке, хотя на самом деле схватки уже были частыми и ощутимыми. По телевизору шла программа «Большая стирка» с темой «Экстремальные роды» — какое странное совпадение! Я валялась на диване и думала, что, возможно, мне в самом деле стоит родить в подъезде. В больницу идти совсем не хотелось. Когда мой муж звонил, я не стала рассказывать о своих ощущениях, и он пришел с работы лишь в 10 вечера. За это время я успела приготовить ему еды на 5 дней, так как собиралась в роддом, постирать, сделать уборку и даже помочь соседскому ребенку с математикой, хотя это было не очень удобно из-за схваток. Соседский маленький друг совершенно не заметил моего состояния. В момент схваток меня постоянно тянуло в туалет, где я часто просто сидела.
Когда Олег пришел, он заметил, что у меня лицо стало будто нежно-зеленым. Я, скромно, сказала ему: «Кажется, я рожаю!» Он не поверил и пошел ужинать, пока я кормила его, пару раз снова повисела на кухонной двери, перенеся ещё несколько схваток.
После ужина я сказала ему:
— Пойдем, дорогой, побрись.
— Да ты что, разве вы сегодня рожаете? (это удивительное спокойствие!)
— Буду.
— Тогда идем.
Мы побрились, давая себе время между схватками. Олег начал с подозрением смотреть на меня, ведь срок ставили на 21 февраля, а на дворе только 7, и я была всего 38 недель.
Олег решил лечь спать, а я старалась сосредоточиться на своих ощущениях и решить, нужна ли «Скорая» или нет. Наша машина, как на зло, поломалась. В районе 11 вечера схватки стали нестерпимыми, спина болела, и казалось, что это одна нескончаемая боль. Мне было трудно найти удобное положение. И вот в 11:30 очередная порция жуткой боли, я сажусь на кровать и чувствую, что стало мокро. Я предположила, что это воды. Включила свет — нет, это была кровь и слизь. Пробка отошла. Теперь точно пора! Я разбудила мужа и вызвала скорую. Сначала меня отправили к другому номеру, потом к третьему. Наконец, я попала! Мы готовились, собирали пакеты, одевались. 12:00. Звонок в дверь. Как же быстро! «Скорая» приехала за полчаса! Две больших тетки в зеленых халатах тут же начали задавать вопросы, записали все данные, и мы поехали. Им было удивительно, когда я так быстро спустилась с 4-го этажа по лестнице.
В роддоме нас встретила молодая медсестра. Она выдала мне специальную рубашку, а мужа отправила обратно домой, потому что у нас были только тапки, а на самом деле нужен был еще спортивный костюм. Ему сказали принести мне минералки и что-то поесть.
Было уже пол первого ночи, и передо мной оформляли другую девушку, тоже Оксану. Затем она ушла, и за мной стали пристально следить. Снова задавали вопросы и записывали. Медсестра сделала мне клизму, хотя и очень аккуратно. Если можно так сказать о данной процедуре. В родблок я попала только во втором часу ночи.
Там меня встретила врач и акушерка.
Меня положили на кровать, и я сказала:
— Понимаю, что будете проверять раскрытие. (в рассказах о родах я читала, что это болезненно)
Акушерка:
— Да, сейчас посмотрим.
— Я буду кричать.
— Не стоит.
— Когда у тебя начались схватки, Оксаночка?
— В 9 утра!
— Нет, дорогая, ты б уже давно к нам пришла
— Тогда не знаю.
Проверили раскрытие, и я удивилась — мне совсем не больно, лишь немного неприятно.
Акушерка говорит врачу:
— Да и правда — полное раскрытие. Пробиваем оболочку и — на стол!
Как же я была счастлива! Я так устала терпеть эти мучения!
Итак, прокололи пузырь и поставили под него емкость. Теплая водичка начала литься. Я обращаюсь к акушерке:
— Как там, зеленая?
— Все в порядке, а ты что, врач?
— Нет, я бухгалтер!
Все вокруг только и смеялись. Потом меня оставили одну на время потуг. Вскоре пришел Олег, одетый и с забавной шапочкой на голове. В этот момент я испытывала еще несколько невыносимых схваток. Похоже, я могла бы оторвать спину от кровати). Затем меня отвели на операционный стол, одели бахилы и смазали йодом. Казалось, что прошла целая вечность. Это была настоящая физическая работа. Не боль, а скорее труд.
Ребенок был крупный, и ее голова никак не могла выйти. Был момент, когда я почувствовала, что у меня закончились силы, мне казалось, что я вообще перестала понимать русский язык, и не понимала, о чем говорят, а тут Олег кричит мне на ухо: «Давай, голова уже!» Руки и волосы торчат! Я и старалась изо всех сил. Ощущение во влагалище было такое, как будто там резиновый мячик или воздушный шарик, и, когда я трогала шарик рукой, раздавался характерный звук — так же и у меня было, казалось, что все скрипит от напряжения. Я уже сама попросила сделать разрез. Слышала, как акушерка спрашивала у врача: «Эпизио?» и он ответил: «Конечно». Я лишь ощутила, как течет теплая кровь, и сразу же полегчало. Все стихли, закружились вокруг, положили мне под спину валик, и акушерка закричала: «Не тужься! Не тужься! Дыши, как собака!» И тут что-то длинное выскользнуло из меня и закричало. Моя доченька!
Нам ее показали: она была красненькая и вся в смазке! У меня был полный восторг, я расплакалась от счастья: моя дочурка, моя Светочка! Все вокруг поздравляли нас. Это было великолепно.
Сначала вылезла левая ручка, а потом одновременно появилась голова с прижатой к ней правой рукой, врачи искали у нее перелом ключицы, но, к счастью, ничего не обнаружили.
Итак, 8.02.2002 г. 2 часа 10 минут. 3640 кг. 54 см в росте, окружность головы 35 см, 8/9 по шкале Апгар.
Светку положили мне на живот, засунули грудь, и она немного пососала. Затем мне сделали укол для наркоза, начали шить, а Олег наблюдал, как ее измеряли, взвешивали, мыли, запеленали и передали ему. Он был безмерно счастлив. Кстати, там к нам относились очень хорошо, хотя до этого многие пугали отношением медперсонала. У нас роддом единственный, так что выбора не было. Но у нас все прошло восхитительно, возможно, из-за партнерских родов.
Это у нас редкость, хотя сейчас уже чаще практикуется. После этого я лежала как овощ, а они сидели рядом. Затем мы с Светкой поехали в палату, а Олег остался дома.
То, что мы рожали вместе, было великолепно, хотя во время схваток я была одна, но у меня они были, конечно, не такие сильные, как у женщин, которые уже находились в роддоме. Там ведь всем вводят окситоцин для стимуляции, чтобы роды шли быстрее (это мое собственное наблюдение, так как я находилась в платной палате, которая была на том же этаже с родблоком и предродовой). И все рожают за 8 часов, но врачи говорят, что боль в два раза сильнее с использованием стимуляции. Я рада, что мои роды длились 17 часов, но сама! Хотя бывают ситуации, когда без стимуляции не обойтись, но лучше всего родить естественным путем. Это мое личное мнение.
У нас подозревали желтуху, так как девочка родилась смуглой, но это не подтвердилось.
Выписались мы на пятый день. Гемоглобин поднялся до 92! А до этого говорили, что он у меня 70, и пока не поднимут, выписывать не будут — он сам поднялся, видимо от волнения.
Наша девочка родилась на 38-й неделе, то есть на 2 недели раньше срока, но я почему-то была уверена, что она родится именно в 38 недель. Она появилась на свет смуглой и темненькой с голубыми глазами. Похожа на папу, а сейчас ее волосы стали светлее и кудрявыми-кудрявыми :)), так что я уже даже не узнаю себя в ней. Только цвет глаз мы унаследовали, у Олега они каре-зеленые, а у меня и у дочери — серо-голубые. Вот так.
За первый месяц она набрала 1500 граммов и подрасла на 3 см. Вот так я и долго писала. Хотя это произошло полтора года назад, эмоции все еще свежи.
Весь процесс беременности и родов — самые радостные моменты в моем существовании. Желаю всем испытать такие роды, как у меня. Сейчас вот моя малышка сидит на полу, визжит, закладывает уши и смеется над собой!
Информация на сайте представлена исключительно для ознакомления и не является рекомендацией для самостоятельной диагностики и назначения лечения. При медицинских вопросах обязательно проконсультируйтесь с врачом.
