Прошло три месяца с момента, когда наша семья приняла решение усыновить ребенка. Это время стало для нас настоящим испытанием и в то же время источником огромной радости. С момента, когда мы впервые встретились с нашим сыном, мир стал ярче и наполнен новыми ощущениями.
Первое, что бросилось в глаза, это изменения в поведении нашего ребенка. Он стал более открытым, начал доверять нам и внимательнее слушать. Каждый день мы стараемся заниматься вместе: играем, читаем книги и гуляем на улице. В такие моменты я осознаю, как важно быть рядом и поддерживать его в этом непростом пути адаптации.
Сложности по-прежнему возникают. Иногда наш сын проявляет агрессию или замкнутость, что, конечно, связано с его прошлым и изменениями в жизни. Мы начали посещать семейные консультации, чтобы разобраться в его эмоциях и научиться эффективно общаться. Специалисты помогают нам понимать, как поддержать его и одновременно строить крепкие семейные отношения.
Важной частью нашего пути стало наладить коммуникацию с его прошлой семьей и отразить это в нашей жизни. Мы планируем создать так называемый ‘письменный альбом’, где будут собраны фотографии и рассказы о его прошлом, чтобы в будущем он мог ознакомиться с своей историей.
Несмотря на все испытания, мы чувствуем, что стали настоящей семьей. Каждое совместное утро встречаем с улыбками, а каждый вечер заканчивается теплыми обниманиями. Эти три месяца были полны эмоций, и хотя впереди еще много работы, я верю, что с любовью и терпением мы сможем преодолеть любые трудности.
Как брошенная семимесячная Машенька обрела любящую семью. Тема усыновления приемных детей: процедура оформления и особенности эмоционального фона.
(366 оценок)
Идея усыновления пришла в наш дом неожиданно, как будто сама по себе. Однажды весной, в марте, я сидела с пультом, проверяя телевизионные каналы, и наткнулась на передачу о детях, оставшихся без родителей. Вдруг я произнесла: «Вот это прямо для нас!» Даже не могу объяснить, почему так выразилась, но вскоре эта мысль начала обретать форму реальности.
В глубине души у меня всегда теплилась мечта стать родителем для кого-то, хотя я и не думала, что наше первое дитя будет усыновленным.
Передача захватила нас, и мы не могли оторваться от экрана. Мои эмоции были столь сильны, что я не могла сдержать слез. Утром, собираясь на работу, я поинтересовалась у мужа, что он думает о приёмных детях. Он, человек с открытым сердцем, ответил, что рассматривает возможность усыновления. Мы начали обсуждать, кого бы мы хотели: мальчика или девочку, как относились бы к этому наши знакомые и семья. Весь следующий месяц мы продолжали думать об этой идее, хотя обсуждали ее реже, каждый перерабатывал свои чувства и мотивацию. Я склонялась к мысли сначала родить, а лишь потом усыновлять, имея какой-то опыт воспитания.
Совсем скоро мы снова смотрели передачу по этой теме, и теперь инициатором разговора о серьезном усыновлении стал мой муж. Эта новость обрадовала меня, так как он озвучил то, о чем я давно мечтала. Несмотря на мою готовность, я понимала, что принимать такое важное решение должны оба супруга.
В начале апреля мы начали заниматься документами. После принятия решения о усыновлении нам понадобилась информация о процессе. Возникло много вопросов: как найти ребенка, какие документы нужны, сколько времени занимает весь процесс и тому подобное. Мы нашли сайт «К новой семье» и конференцию о приемных детях. Ознакомившись с материалами, мы начали собирать необходимые бумаги — получили рекомендации, справки, писали автобиографии и так далее. Когда часть документов была готова, мы посетили органы опеки. Работник опеки оказалась очень доброй женщиной, поддержала нас и не задавала глупых вопросов. Справки из полиции мы получили за считанные минуты, а медицинское заключение потребовало около полутора недель. Это время пролетело в беготне: приходилось отпрашиваться с работы, ловить нужных специалистов и стоять в очередях. Наконец, все бумаги были готовы.
Убедившись в наличии всех документов, мы отправились в отпуск к родителям мужа на пару недель — должны были рассказать им о том, что скоро станут бабушкой и дедушкой. Я очень переживала. Родители давно ждали внуков, но как они воспримут новость о приемном ребенке, даже не могли предположить. К счастью, радости не было предела — с небольшим удивлением они произнесли: «Мы давно хотели внучку и будем готовы любить любого». Своей маме я сообщила о наших планах до того, как начали собирать документы. Хотя в начале она была в шоке, уже на следующий день поддержала и одобрила наш шаг.
По возвращении из отпуска в опеке нас ждало «Разрешение на усыновление». Затем мы направились в Министерство образования Московской области, где нам вручили обширную папку с анкетами и фотографиями детей, нуждающихся в семье. Я скажу вам, сложно выбирать ребенка, глядя на размытые фотографии и скудные анкеты (имя, возраст, вес, рост и прочее). Мы стали изучать документы, и у нас возникла затруднение: пол, национальность и цвет глаз для нас не имели значения. Мы настроились на малыша до года, надеясь, конечно, что у него не будет серьезных заболеваний. Проведя два часа за изучением папки, мы выбрали несколько анкет деток до года. Однако направлением для посещения можно воспользоваться только по одной анкете. Нам пришлось решить, к кому из детей будем ездить в первую очередь. Интересно, что мы оба выбрали одну и ту же анкету — маленькой девочки, которой было шесть месяцев. Мы просто не смогли устоять перед ее огромными, голубыми, полными удивления и грусти глазами. Она была совсем одна — без родителей, сестер или братьев. Она попала в приют в два дня. Казалось, что нас кто-то ждал.
Мы посетили опеку, а затем отправились к малышке в детскую больницу. Первая встреча запомнилась на всю жизнь. Я была немного больна, с насморком и горлом. Мы встретились с заведующей отделением и обсудили состояние девочки. Слова заведующей неожиданно поразили меня: «Мы сейчас принесем вашу девочку. Вам повязку на лицо, а вы встаньте в том углу и не приближайтесь!» Мне было очень печально, что я не могла взять девочку на руки в первый раз. Но разум мне говорил, что это правильно: малыш не должен заболеть. Я нервно ходила взад-вперед по кабинету.
Вдруг дверь открылась, и медсестра вошла с нашей девочкой — голенькой, в одном памперсе и легкой пеленке. Она сидела на руках у папы, который что-то нежно ей говорил, а я притаилась в углу, лишь улыбаясь и наблюдая. Девочка, как маленький ангел, с доверием тянула пальчиком к пуговице на рубашке папы. Она была курносой, с беленькими волосами, и выглядела, как любимица медсестер, которых звали ее «королевой». Маше в тот момент не хватало двух дней до семи месяцев.
С первой встречи мы поняли — это именно ОНА, наша будущая доченька. Две недели, пока шло судебное разбирательство, я провела с Машей в больнице, как новоиспеченная мама. Хочу выразить огромную благодарность персоналу, особенно заведующей, которая разрешила мне остаться. За этот период адаптации, возможно, именно мне требовалось вливаться в новую роль. У Маши не было опыта общения с детьми и осваиванию элементарной заботы, поэтому мне пришлось быстро учиться — как кормить, ухаживать за ней. Я вспомнила, как моя мама ухаживала за моей сестрой Полиной, когда мне было всего шесть лет — много впечатлений сохранилось в памяти. Когда заведующая как-то зашла в палату, сказала: «Смотрю на вас, и у вас всё так естественно, будто вы с рождения с девочкой.» Я знала режим Маши, ее потребности, и в первые дни дома мы следовали уже установленному распорядку, что помогло нам в адаптации. Главное, что в эти дни в больнице мы начали узнавать друг друга и учиться жить вместе.
И вот наступил суд. Он длился всего десять минут и стал настоящей формальностью для нас. Непосредственно перед началом я сильно нервничала, так как представитель опеки опаздывал. Более того, она ушла в отпуск за несколько дней до слушания. Хоть и обещала присутствовать, я переживала, что вдруг она не придет. К счастью, её поддержка была с нами, и дело прошло без проблем, решение было озвучено для немедленного исполнения.
В тот же день наша Машенька вернулась домой, и наша семья обзавелась новым, самым важным членом. Бабушки в первый раз увидели внучку, когда мы ее привезли после суда. Их счастью не было предела. Моя мама даже плакала от радости. С тех пор они души не чают в нашей девочке и всегда готовы прийти на помощь.
Прошло три месяца, как Маша находится дома, и я уже не помню, каково это — жить без нее. Кажется, это было давно и нереально. Ребенок развивается стремительно. В первые дни она мало улыбалась и тихо выглядела, хотя иногда все же плакала. Примерно через месяц она начала лепетать, а потом появилось первое неясное «ма» в момент плача. Последовало четкое «ма-ма», и я просто не могла сдержать слез радости. Недавно я пыталась рассказать ей детский стих «Гуси-гуси, га-га-га», и была в полном восторге, когда моя дочка ответила на «Гуси-гуси» четким «Га-га-га». Я была в полном восторге — никогда не просила ее повторять за мной. Она продолжала бубнить «га-га-га» весь вечер.
Когда мы увидели Машу в семь месяцев, она уже умела сидеть и очень быстро вставала в кроватке. Примерно с восьми месяцев она уже держалась за две руки, а в десять с половиной сделала свои первые шаги. Интересно, что это произошло в день её крестин — с Божьей помощью, как говорят. Сейчас у нас уже шесть зубиков, и мы не состоят на учёте у врачей — всё идет своим чередом, и мы радуем друг друга.
Не могу с полной уверенностью сказать, произошла ли у Маши адаптация. Вполне возможно, дело в том, что мне трудно отделить обычные сложности, которые возникают в процессе роста ребенка, от тех, что связаны с адаптацией. Примерно через месяц после возвращения домой у нас возникли трудности с вечерним засыпанием: Маша долго и громко плакала, прежде чем уснуть. Это продолжалось в течение недели, но затем все внезапно наладилось. Уверена, подобные ситуации случаются и с другими детьми. Что касается еды, Маша всегда охотно кушала, хотя ее предпочтения, как и у всех малышей, со временем меняются.
Моя мама утверждает, что нам с мужем несказанно повезло (в отличие от нее с нами — с сестрой и мной): ребенок спит всю ночь, начал приучаться к горшку (правда, только когда мы ее сажаем, сама еще не просится), хорошо ест и не капризничает. Если уж она и плачет, то на то есть веская причина. Она развивается с опережением, общительная — на улице даже незнакомым людям улыбается, радостная и довольная жизнью. Надеюсь, что в этом есть и наша небольшая заслуга.
После рождения дочки я приняла решение оставить свою любимую работу. Это было осознанное решение, ведь в жизни все должно происходить в свое время, а вернуться к работе я всегда успею. А пока я с удовольствием принимаю на себя новую роль — я просто МАМА. Я верчусь и кручу день за днем, занимаясь исключительно Машей и домашними делами, и, о Боже, что это за СЧАСТЬЕ! Я лишь недавно осознала, что значит радоваться каждому мгновению рядом с малышом: вот она улыбается, вот скачет от восторга в стульчике, а вот громко плескается в ванной. Никакими словами не передать ту любовь и нежность, которые я чувствую. В душе воцарилось спокойствие и тишина — полный штиль.
Тем, кто только начинает путь усыновления, я хочу пожелать следовать своему сердцу и не бояться, и тогда все обязательно получится, и ваш ребенок найдет вас. Главное, чтобы ваше решение было искренним.
