В детстве внимание человека охватывает всё, без исключения. Наблюдательность ребенка заставляет его осознать, что есть вещи, которые вызывают дискомфорт, в то время как приятных моментов гораздо меньше. Как же малыш восстанавливает утраченное равновесие? За счет чувства восторга и признательности.
Блеск на одежде иллюзиониста, гигантский воздушный шар, забавная собачка — все это становится поводом для радости, которой не хватало всего лишь полчаса назад. Почему в детстве сердце замирает от встречи с майскими жуками? Время проходит, а жуки остаются. Умение ценить радость уходит вместе с детством.
Выходит, что причина не в жуках. Просто мы начинаем считать ниже своего достоинства радоваться мелочам, которые стоят менее 100 долларов. Я восхищаюсь теми, кто способен улыбнуться, увидев цветные стеклянные осколки. Эти осколки на дорожном покрытии искрятся. Взрослые часто задают вопрос: почему ребенок, вертясь, идет задом наперед? Да потому что они сами не смотрят под ноги, а там может оказаться редкий кусочек красного стеклышко, почти как фиолетовое.
Уроки вранья
Это именно то, чему мы начинаем обучать детей с самых ранних лет. Самое безобидное вранье — «скажи, что меня нет дома». Это понятно, бывают моменты, когда взять трубку абсолютно не хватает сил, даже под давлением обстоятельств, но почему необходимо лгать? Неясно. Ясно одно: дети воспринимают слова очень серьезно. А так ли мы?
Взрослые, как известно, распоряжаются своими словами: захотели — сказали, захотели — отменили. Утром мама дает ребенку обещание, что после обеда они отправятся на прогулку. Но после обеда взвинченная мама, истощенная днями, сообщает, что у нее нет сил даже на прогулку. Зачем было обещать? Эти маленькие, безобидные вранья накапливаются. И тогда ребенок делает вывод, что многие взрослые говорят просто так. Их слова и поступки совершенно не связаны. Поэтому доверие однозначно получают те, кто последовательно демонстрирует связь между сказанным и сделанным. Печальный опыт насилия над детьми убедительно показывает эту закономерность.
Почему порой так просто уговорить ребенка пойти с собой? Да потому что, зачастую, уговаривать вовсе не нужно. Взрослый просто говорит: у меня есть рыбки — хочешь, я покажу? Могу покатать на машине — у нас есть время? Каждое слово сразу становится предложением. Между прочим, чем меньше ребенок, тем крепче связь между его словами и тем, что они обозначают. Взрослые, привыкшие болтать, этого не замечают. Простой пример из моей жизни. В четыре года мой сын внезапно разлюбит молоко и все молочные продукты. Сначала он пытался объяснить и донести свою мысль. Убедившись, что это бесполезно, он стал прятаться под стол при виде творога. Закрытые глаза становились его символом отчаяния. Когда на столе появлялся творожник, он закрывал глаза, и его ушки глухли. Спустя три года я случайно упомянула об этом удивительном случае на встрече. Среди присутствующих был врач-аллерголог, который чуть не упал от удивления. Он сказал, что это называется власть тьмы. У вас есть аллергик? Да. Не установлено, где ее источник? Нет. Вы не знаете, что некоторые формы аллергии сопровождаются полной неприязнью к молочным продуктам? Ваш ребенок говорит, что чувствует, но вы не воспринимаете это всерьез.
Это было весьма стыдно.
Существует еще один вид лжи, самый пагубный. Поскольку в нашей культуре не принято обсуждать вопросы смерти, ребенок совершенно не понимает, что это такое и насколько это непоправимо. Умирает кто-то из родителей. Произнося слова, мама или папа боятся признаться, что быстро забывают покойного или не любили его при жизни. Ребенок чувствует, что что-то здесь не так, но обсудить это он не может — родители боятся говорить на такие темы. Ребенок доброжелателен к любимым родителям. Он принимает их ложь как неотъемлемую часть таких событий. И позже, когда происходят события не менее значимые, подросток обнаруживает, что дома не с кем говорить по душам.
Урок уроков
Взрослые часто повторяют загадочную фразу: большой, а ведет себя, как ребенок. Это, нужно понимать, своего рода упрек. Также в глазах особо развивающихся родителей любовь к сказкам рассматривается как признак незрелости.
Януш Корчак в совершенстве описал суть игр. «Важно не то, во что играем, а как и какие чувства при этом испытываем. Можно мудро играть в куклы и глупо и детски в шахматы. Можно интересно и с фантазией играть в пожар или на охоте или в индейцев, а можно бессмысленно читать книги. Игре нужны хорошие друзья и вдохновение, а значит, свобода». Марина Цветаева навсегда запомнила, какие игрушки были на елке у ее отца и в ее собственном доме в Трехпрудном. Эти воспоминания с тончайшими оттенками цвета и полутонов в ней всплывают в стихах, иногда совершенно неожиданно.
Истинная, подлинная и искренняя свобода — вот суть игры. Возможно, некоторым суждено быть победителями только в детстве. Другим этого хватает на всю жизнь. Кто-то, научившись побеждать, превращает это в свою основу, и потом, даже поседев, остается верным детству. А как научиться не проигрывать? Тот, кто не освоил этого вовремя, потом превращается в деспота.
Признаюсь: я не обучала сына ни одной игре из моего собственного детства. Именно это признавали все мои взрослые знакомые. Как же так? Он постоянно обучает меня играм, которые придумывает сам, а я?
Когда взрослые ругаются на детей, они вряд ли понимают, что их крики мало что меняют в жизни. Иногда это неизбежно, но даже в таких случаях результата не будет. Оказалось, что сложнейшим вещам легче всего научить через игру. Например, контролю над собой.
Взрослый и вспыльчивый ребенок заключили пари. Постоянно находясь на глазах у воспитателя, малыш не имел возможности обмануть. Они договорились, что мальчик будет заносить свои достижения (сдерживался в сложных ситуациях) в тетрадь. Пять побед — воспитатель приготовит ему небольшой сюрприз. Еще пять — снова сюрприз. И так на протяжении четырех месяцев. В условиях неожиданности и строго выполненных обеими сторонами условий человек, от которого отказались все взрослые, сумел выработать в себе навык самообладания. Тот, кто мне об этом рассказал, считал, что добился величайшей победы. И неужели он был неправ?
Уроки, которых вообще не было
Мы каждый день наказываем друг друга: мы детей, а они — нас. Кто осмелится утверждать, что в некоторых случаях наказание неизбежно? Однако взрослые не умеют даже этого правильно делать. Я говорю это абсолютно уверенно.
Дикие крики, в лучшем случае — со слезами, в худшем — с грубостью и оскорблениями, лишенными числа, жестокие действия и намеки. Это должно убедить обидчика в том, что он ошибся. Но верит ли в добрые намерения родителя? Похоже, этот вопрос никогда не приходит в голову. Мы произносим то, что приходит на ум. Становимся отвратительными и чуждыми окружению. Они нас всегда прощают, но сами наказывают по-другому. Они начинают переставать нам доверять, и, что самое главное, — разочаровываются.
У меня на столе все время лежит листок, на который я непременно взгляну, когда сажусь работать. Он там постоянно, и мне с ним легче. Януш Корчак: «Но как же тебе не стыдно на самом деле злиться? Взгляни на него — какой он маленький, хрупкий, слабый и беспомощный. Не на то, каким он станет, а на то, какой он есть сегодня. На заре веселых возгласов и улыбок. Ребенок понимает, осознает значимость своих ненадежных действий. Пусть забудется, пусть отдохнет! Какой сильный моральный поддержкой в его взрослом, порой грязном, бытии станет воспоминание совсем уж о одном человеке, кто относился к нему с хорошей сердечностью и не предал его. Познал его, знал, и, несмотря на это, продолжал любить.»
Но мы постоянно говорит им о будущем, ругаем, ссоримся, не слушаем их ради будущего. А кто же будет с ними в настоящем?
Урок почемучества
Ребенок впервые познает мир, в отличие от взрослого, который перешагнул через несколько жизней. Он не знает ничего, а вокруг него столько незнакомого. И маленький человек подходит ко всему сугубо с практической точки зрения: что это такое и зачем оно нужно? Ему необходимо понять, что из чего может произойти. Может ли балкон оторваться от дома? Это вовсе не бестолковое любопытство. Некоторые боятся проходить под балконами, а другие дополнительно укрепляют их, используя клей. У одной собаки грозная морда, а у другой — дружелюбная. Как это происходит у людей. Почему же эта собака ничего не говорит, и если не говорит, зачем к ней обращаться? Как устроено окружение?
Мы не отвечаем на вопросы детей. Не отвечаем, с одной стороны, потому что нам раздражает «бессмысленность» или кажущаяся наивность вопроса, а с другой стороны, иногда мы сами не знаем, как ответить. Мы просто не понимаем. Они интересуются, а мы уже разучились откликаться. Один из моих знакомых записывает вопросы своих маленьких детей и потом лезет в словари и энциклопедии, стараясь ответить как можно точнее.
Совсем маленькая девочка, размышляя о приближающейся осени и опадающих листьях, предположила: листья и цветы «улетают» из холодных стран в теплые. Все взрослые, услышав это, засмеялись. Она терпеливо подождала, пока смех утих, и снова подняла вопрос, что же на самом деле происходит с деревьями осенью — кроме двух-трех общепринятых фраз ей никто больше ничего не предложил. Просто не знали! Чем меньше мы знаем, тем более раздражает нас их естественное любопытство.
Дети обладают удивительной мудростью в восприятии вещей. Они не задумываются о ценности предметов, и их отношение к ним основано на любви. Если данный стол занимает особое место в их сердце и удобен, значит, он будет для них дорогим и красивым (с точки зрения взрослых). Именно поэтому ребенку невозможно угодить, подарив что-то дорогое — для него важна не цена, а то, насколько подарок близок его сердцу. Существует мнение, что дети не умеют беречь свои игрушки и беспощадно разрушают все вокруг. За один день ребенок словно проходит целый год, испытывая изменения в своих ценностях. Например, утром он может играть с фарфоровым оленем, а вечером обнаруживает новую привязанность. В такие моменты детали часто остаются незамеченными. Ребенка, который ломает игрушки, легко объявить врагом общества, в то время как тех, кто совершенно не интересуется окружающим, скорее следует показать доктору — с диагнозом «нелюбознательность». Однако для всех взрослых с таким диагнозом существующие врачи вряд ли найдутся.
Урок самсобойства
Для детей крайне важно, чтобы их родители или значимые взрослые имели интересную и насыщенную жизнь, куда не все допускаются. Это подразумевает, что в широком мире их мать или отец занимают серьезное место, и движение звезд происходит также благодаря им. Здесь нет места тщеславию — важен искренний вклад в общую жизнь.
Заботливые родители стремятся дать своим детям максимум. Часто в суете можно не заметить, что для малыша крайне важно хоть раз увидеть уголок жизни своих родителей — тот самый заповедник, куда посторонним вход воспрещен, но он, безусловно, существует. Любимый ребенок быстро привыкает к мысли, что он всегда может попросить у родителей всё, что ему угодно, если это находится в их пределах. Однако как только сын или дочь осознают, что у отца, например, есть своя интеллектуальная жизнь, возникает совершенно новая динамика в их отношениях. Ребенок делает открытие: ему одному не интересно, а и родителю тоже.
Однажды я упала в пруд возле писательского дома отдыха Малеевка. Меня оттуда вытащил подросток с не самым приятным видом. Нужда заставила нас провести время вместе, он даже разводил маленький костер, и в этот момент мы разговорились. Вскоре он начал говорить без умолку. Его отец — литературовед. На протяжении всей жизни он пишет недостаточно качественные тексты, которые презирают настоящие исследователи литературы, не говоря уже о сценаристах и писателях. Однако мой собеседник весьма точно осознавал слабые стороны деятельности своего отца и считал, что это негативно сказалось на его собственной личности, придавая всему происходящему в доме какую-то неискренность.
Сын врача, делавшего мне операцию, как-то сказал, что его отец очень красивый человек. Он был маленьким, чуть полноватым, с «заячьей губой», зашитой в детстве. На вопрос, почему он охарактеризовал его как «красивого», а не «добро-hearted» или «всемогущего», он ответил очень просто — потому что для него его папа действительно кажется очень красивым.
