Как научить детей справляться с разочарованиями: от гнева к слезам
Сьюзен Стиффелман — психотерапевт, педагог и эксперт по взаимодействию между родителями и детьми, а также автор литературных работ, предназначенных для родителей.
Детская жизнь устроена таким образом, что дети каждый день сталкиваются с отказом в удовлетворении своих желаний несколько раз. Однако многим из нас тяжело наблюдать за слезами ребенка, и мы готовы пойти на все, чтобы предотвратить их. Мы уверены, что защищая ребенка от разочарований, мы проявляем к нему свою любовь. Но действительно ли это так? И как научиться ставить запреты, чтобы это было полезно для ребенка?
На самом деле, если мы не позволяем ребенку полностью испытать чувство разочарования, мы препятствуем его развитию одного из жизненно важных навыков, который ему необходим на протяжении всей жизни — способности адаптироваться к различным обстоятельствам.
Обязанность родителей заключается в том, чтобы помочь ребенку преодолеть то, что психолог Гордон Ньюфелд называет Стеной тщетности. Ребенок должен пережить свою грусть и выплакаться. Только после того, как он выразит свои эмоции (с вашей поддержкой) из-за невозможности получить желаемое, он сможет продвигаться вперед — адаптироваться.
Отрицание, гнев, торг, депрессия и смирение
В 1969 году Элизабет Кюблер-Росс выделила пять этапов горя: отрицание, гнев, торг, депрессия и смирение. Хотя эти этапы изначально были связаны с переживанием утраты близкого человека или самим столкновением со смертельной болезнью, они так же применимы ко всем, кто должен успешно справляться с любыми формами разочарования и утрат.
Большинство детей начинают с отрицания, когда впервые сталкиваются с невозможностью получить желаемое. В качестве родителей мы должны быть рядом с ними, помогая выплеснуть и пережить гнев, вместо того чтобы застревать вместе с ними на уровне переговоров (торга), на которые они способны пойти, чтобы добиться желаемого.
Детям действительно необходимо, чтобы мы поддержали их в преодолении грусти (депрессии), возникающей из-за невозможности осуществить свои желания. Когда мы подбираем правильные слова, чтобы помочь ребенку выразить свое разочарование, мы способствуем его переходу к смирению или адаптации.
Ребенок и разочарование: 4 варианта развития событий
Рассмотрим четыре разных диалога между мамой и двенадцатилетней дочерью. В первом случае мама не вмешивается, и дочь, имея определенные навыки жизнестойкости, быстро справляется с ситуацией, проявляя смирение. Во втором — мама остается пассивной, и дочь становится раздражительной и агрессивной. В третьем варианте мама пытается создать все условия, чтобы угодить дочери, тем самым лишая ее возможности развивать важный навык адаптации.
Наконец, в четвертом варианте мама помогает дочери выразить свои чувства и сделать шаг к адаптации.
Сценарий: Дейзи обращается к маме с просьбой разрешить ей посмотреть телевизор. Поздно, и пришло время готовиться ко сну, поэтому мама считает, что это не лучшая идея.
Вариант 1
Мама не вмешивается, и Дейзи сама справляется с ситуацией.
Дэйзи: Так можно мне посмотреть это шоу? Пожалуйста? Пожалуйста!
Мама: Боюсь, что нет, дорогая.
Дэйзи: Черт, ну и ладно. Пойду посмотрю, что надеть завтра в школу. Мы с Одри решили одеться во все зеленое с ног до головы.
Мама: Звучит очень весело!
Дейзи успешно справилась без посторонней помощи. Похоже, у нее уже есть опыт в том, как управлять разочарованиями, что позволило ей быстро успокоиться и двигаться дальше.
Вариант 2
Мама старается защитить дочь от возможного разочарования, делая все, чтобы предотвратить контакт с Wall of futility и слезы.
Дэйзи: Так можно мне посмотреть это шоу? Пожалуйста? Пожалуйста!
Мама: Я не думаю, что это хорошая идея, дорогая. (Ребенок чувствует неопределенность матери.)
Дэйзи: Почему я не могу посмотреть?
Мама: Уже поздно, и тебе завтра туда вставать.
Дэйзи: Я прекрасно встану! Я посмотрю всего-навсего одну серию и лягу спать.
Мама: Но ты уже смотрела телевизор в понедельник, и потом не могла уснуть долго. Ты помнишь, как уставшей ты была на следующее утро?
Дэйзи: Это не так, я просто не могла усидеть на месте до начала программы, потому что у меня был плохой день.
Мама: Я просто не считаю это хорошей идеей. (Снова проявляется неуверенность.)
Дэйзи: Какая ты жестокая! Ты никогда не позволяешь мне смотреть мои любимые шоу. Всех остальных я знаю, они смотрят эту программу, а я одна остаюсь безусловной.
И обсуждение продолжается в том же духе. В конце концов, Дейзи уходит в свою комнату, по дороге разрушают конструкцию, построенную ее младшим братом. Теперь он тоже расстроен.
Когда дети ощущают грусть, они не в состоянии воспринимать ваши слова, советы и наставления. Ребенок не может сосредоточиться на том, что вы говорите, и поток ваших разъяснений, призванных изменить его восприятие, лишь усугубит его состояние.
Вообразите, что за речевую активность в нашем мозгу отвечает левая половина, а за эмоции — правая. Когда эмоции захватывают ребенка, он фактически изолирует доступ к левой, логической половине, которая могла бы помочь разобраться в ваших аргументах. Попытки объяснить ребенку нечто логическое во время бушующих эмоций скорее напоминает попытку постучаться в дом, когда хозяев там нет. Вы оставляете ребенка наедине в момент эмоциональной нестабильности.
Вариант 3
Мама решает сделать все, чтобы уберечь дочь от горестного опыта.
Дэйзи: Так мне можно посмотреть это шоу? Пожалуйста? Пожалуйста!
Мама: Я не думаю, что это хорошая идея, потому что программа заканчивается очень поздно.
Дэйзи: Почему мне нельзя посмотреть? Все остальные смотрят это шоу!
Мама: Ладно, я думаю, что можно.
Дэйзи: Ура! Спасибо, мам! Ты — лучшая!
Утро следующего дня: Дэйзи не могла уснуть после вчерашнего шоу. Она потратила еще полчаса на переписку с друзьями, легла позже обычного, и, как следствие, ей было очень тяжело утром вставать, насколько скромным был завтрак и постоянные споры с матерью по дороге в школу.
Мама: Это было в последний раз, когда ты смотрела телевизор так поздно. Поняла? Каждому разу одно и то же.
Дэйзи: Я тебя ненавижу!
Дейзи так и не смогла принять произошедшее, и мама ощущает раздражение, гнев и несправедливость. Ей, наверное, тоже не помешало бы столкнуться со своей Стеной тщетности и избавиться от заблуждений о том, что дочь будет любить и ценить ее больше, если та получит все, что хочет.
Вариант 4
Мама помогает дочери преодолеть процесс отрицания, гнева, торговлю и депрессию, пройти через Стену тщетности, чтобы достичь смирения.
Дэйзи: Так можно ли мне посмотреть это шоу? Пожалуйста? Пожалуйста!
Мама: Я понимаю, ты хочешь посмотреть это шоу, дорогая. Я вижу, как сильно ты на него надеялась.
Дэйзи: Надеялась. Надеюсь! Я обязана его увидеть! Все в школе будут смотреть, кроме меня.
Мама: О, детка. Я знаю, как трудно быть единственной, кто не смотрит.
Дэйзи: Никак не можешь ты понять, сколько меня это злит.
Мама: Я прекрасно осознаю, что ты злишься на меня, когда я не позволяю делать то, чего ты так желаешь.
Дэйзи: Ты не представляешь, какая я злая. Так глупо, что ты такая строгая. Ты обращаешься со мной как с ребенком.
Мама: Вероятно, это действительно неприятно, когда я обращаюсь с тобой не так, как бы тебе хотелось.
Дэйзи: Я не шучу. Ты даже не догадываешься, насколько это меня злит.
Мама: Мне очень жаль, что ты разочарована. (Мама просто сидит рядом с Дейзи, молча и терпеливо, позволяя дочери чувствовать свои эмоции и не стремясь исправить ситуацию или привести доводы.) Есть что-то еще, что ты хочешь мне сказать? Ты думаешь, что я слишком часто не разрешаю тебе делать то, что тебе нравится?
Дэйзи: (несколько помолчав, надувшись, но все еще ощущая поддержку матери, которая внимательно слушает.) Ты обращаешься со мной как с младенцем, мам. Ты не позволяешь мне ложиться поздно спать, не даешь носить одежду, которую носят многие мои друзья. Я чувствую себя так, как будто мне только пять лет.
Мама: Должно быть, это совсем непросто, особенно если тебе кажется, что ты не можешь получить то, что тебе важно и интересно. (Обратите внимание, что мама не соглашается с убеждениями дочери и старается не превращать разговор в лекцию о том, почему она воспитывает именно так.)
Дэйзи: Я ненавижу свою жизнь.
Мама: (по-прежнему рядом с дочерью, активно слушая ее). Мне очень трудно видеть тебя такой, дорогая, и я искренне сожалею, что все это дается тебе так нелегко.
Дэйзи: (шмыгая носом) Я просто всё ненавижу. (У нее начинает проявляться переход от злости и попыток к грусти и унынию.)
Мама: Моя дорогая.
Дэйзи: (вслух плачет, уткнувшись в мать. Она достигла точки безысходности.)
Дэйзи: Не переживай, моя радость, мы справимся с этим вместе. Я всегда рядом и мы вместе найдём решение.
Мама поддерживает свою дочь, просто оставаясь с ней, когда буря эмоций утихает. На следующий день Дэйзи удивляет своим более радостным и уравновешенным состоянием, она открыта и тепла в общении с мамой.
В последнем диалоге мама уверенно общается с дочерью, не теряя спокойствия при запрете на просмотр телевизора. Она не заостряет внимание на словах Дэйзи и не погружается в бесполезные обсуждения, но при этом не занимает жесткую позицию.
Истеричный плач, напоминающий манипуляцию, совершенно не связан с настоящей грустью. Подросток, которого отвергли друзья, может выражать свою агрессию через язвительные сообщения или чрезмерное давление на них с просьбами «принять ее обратно». Но оба эти способа показывают, что она ещё не достигла своей точки безысходности и продолжает тянуться к облегчению своего разочарования. Ребёнок, который сразу же начинает плакать в надежде добиться чего-то своего, также не полезет к своей стене тщетности.
Если дети крепко верят, что могут быть счастливы только тогда, когда все события подходят под их ожидания, они становятся «неразвитыми» взрослыми, неспособными справиться с ситуациями вне их контроля и сильно страдающими от этого.
Родители, кто помогает своим детям овладеть важными навыками адаптации, дарят им бесценный подарок, обеспечивая их инструментами для достижения счастья независимо от того, соответствуют ли их ожиданиям окружающие, события или ситуации.
