Разделение труда в семье — это не просто способ организовать повседневные задачи, но и важный аспект гармонии и эффективности совместной жизни. Каждый член семьи обладает уникальными навыками и интересами, что делает возможным оптимальное распределение обязанностей. Например, один родитель может заниматься готовкой, если он лучше ориентируется в рецептах и кулинарных техниках, в то время как другой может взять на себя финансовые вопросы, если у него есть опыт в этой сфере.
Важно также учитывать, что разделение труда помогает избежать конфликтов. Когда роли четко определены, меньше вероятность столкновения интересов и недопонимания. Однако нужно помнить, что гибкость — ключ к успеху. Ситуации в жизни могут меняться, и иногда стоит пересматривать распределение задач в зависимости от обстоятельств. Например, болезни, отдых или изменения в рабочем графике могут требовать пересмотра обязанностей.
Кроме того, важно развивать навыки коммуникации и обсуждать возникающие проблемы. Регулярные семейные собрания, где можно открыто обсудить, что работает, а что нет, могут значительно улучшить атмосферу в семье. Это помогает не только в решении текущих вопросов, но и в укреплении взаимопонимания и доверия.
В конечном итоге, разделение труда в семье — это не просто о том, кто что делает. Это об уважении, понимании и поддержке друг друга. Когда все члены семьи чувствуют свою значимость и вклад в общее дело, это способствует созданию более крепких и счастливых отношений.
Сколько стоит уход за детьми и ведение хозяйства? Выясняем с помощью законов экономики
Дженни Андерсон — журналистка газеты The New York Times
Пола Шуман — заместитель главного редактора Newsweek Daily Beast, ранее работала в The Wall Street Journal
Продолжаем изучать, как экономические принципы проявляются в жизни семей, помогают находить решения в трудных обстоятельствах и разрешать давние конфликты. Всем нам знакомо такое понятие, как разделение труда: кто-то кроит, другой шьет, а третий пришивает пуговицы. Или: ты зарабатываешь средства, а я занимаюсь домашними делами. Но что делать, если в семейных отношениях наступают изменения, и ранее слаженная система разделения труда неожиданно начинает давать сбой?
Нора и Эндрю
Счастье в доме Норы и Эндрю пошатнулось из-за появления детей. Эта пара впервые встретилась в возрасте около двадцати лет, когда оба жили в Филадельфии и представляли собой «притягивающиеся противоположности».
Эндрю родился на западе Пенсильвании и никогда не покидал свой штат. В то время как Нора постоянно перемещалась, часть своего детства она провела за границей. Эндрю был практичным парнем, интересующимся местной футбольной командой «Филадельфия Иглз», и каждое воскресенье гулял с друзьями, знакомыми с детства. Нора свободно говорила на французском и немецком, общалась с творческими личностями и считала футбол недоказуемой страстью.
Они жили по соседству, и каждое утро Эндрю встречал Нору в близлежащем мини-маркете, где она покупала кофе и газету. Ему она сразу понравилась, и сначала он просто начал с ней здороваться, затем разговоры об их жизни привели к предложению провести время вместе.
— Сначала я думала: «Откуда он взялся, этот странный парень?» — вспоминает Нора. — Но меня впечатлила его искренность: он не пытался казаться тем, кем не является, и не скрывал своей наивности. Хотя наши жизненные опыты сильно различались, Эндрю оказался интересным собеседником, ведь он всегда стремился к новым знаниям.
В первые три года семейной жизни оба работали: он — авиационным аналитиком, а она — веб-программистом. В своем доме они создали эффективную схему разделения обязанностей, поскольку основывались на принципах сравнительных преимуществ.
Например, покупка продуктов была прерогативой Норы, так как она разбиралась в сочетаниях качества и цены, в то время как Эндрю был аккуратен в поддержании чистоты полов и следил за состоянием бытовой техники.
Нора занималась организацией их совместного досуга, а Эндрю активно поддерживал связь с родственниками. Некоторые обязанности пара распределила традиционно: Эндрю выносил мусор и чинит что-то поломавшееся, а Нора занималась стиркой и ухаживала за цветами.
Изменения в семейной системе
В то время — или, как говорит Нора, «в те благословенные дни» — они были преданными городскими жителями. Но когда Нора забеременела, их маленькая квартира внезапно перестала казаться им «романтичным прибежищем». Мысль о том, что вскоре им придется выбирать между бесплатной районной школой (в которую даже страшно зайти) и платной частной (на которую следует начинать откладывать прямо сейчас) невольно вызывала панику.
Следуя пути, которым идут многие, за полгода до появления первенца пара переехала в пригород. Они нашли старый домик, который требовал ремонта, и с удвоенной энергией начали его восстанавливать. Несмотря на дискомфорт при беременности, Нора активно участвовала в процессе, гордясь получившимся результатом и считая это своим личным достижением.
Вскоре у них родился первый ребенок, а через два года — близнецы. Нора приняла решение оставить работу, чтобы полностью сосредоточиться на воспитании детей. Эндрю зарабатывал достаточно, чтобы обеспечить семью, и искренне радовался тому, что заботу о детях берет на себя их мама, а не посторонняя няня.
Правда, на этот раз Эндрю и Нора не задумывались о том, насколько успешной Нора окажется в роли домохозяйки, и есть ли у нее терпимость и желание заниматься детьми. Они рассматривали более очевидные факторы: денежный вопрос (Эндрю зарабатывал больше, поэтому было выгодно, чтобы он продолжал работать, а Нора оставалась дома) и общественные нормы (в своих семьях они привыкли к традиционным взглядам, согласно которым мать лучше подходит для воспитания детей, чем отец).
К тому же вскоре бремя домашних обязанностей в большей мере легло на Нору — это выглядело логично, ведь она проводила дома по большей части времени. Однако они не учли, что объем работы по дому увеличился в четыре раза с приходом детей. Тем самым, их новая система разделения труда оказалась основана на неправильных предположениях.
«Подруги часто говорили, что как только они оставались дома, все менялось, и дома возникали бесконечные конфликты из-за домашних дел, — делится Нора. — Так же и у нас. Эндрю зарабатывал деньги, расплачивался по ипотеке. И хотя мы об этом не договаривались, стало как бы очевидным, что теперь все домашние дела должна выполнять я».
Теоретически Нора соглашалась с этой системой. Но между теорией и реальностью возникли неразрешимые противоречия. Как только Норе казалось, что она справляется, кто-то из детей заболевает, или занятия в школе отменяются, и её тщательно спланированный план рушится. Это приводило к тому, что, когда Эндрю возвращался домой, она срывалась на него с обвинениями.
Нора говорит, что её силы иссякали, пока она старалась сделать невозможное, и при этом ее усилия часто оставались незамеченными. Она ежедневно заполняла стиральную машину одеждой, которую потом приходилось часами гладить и раскладывать. Закупка продуктов перестала быть для двоих, а превратилась в работу на пятерых. Нужно было все контролировать, и от этого у Норы просто разрывался мозг. Она могла лишь успевать убирать грязь с обуви детей и заниматься ремонтом одежды. Не семейная жизнь, а настоящая тюрьма!
- Лампочки в кухне, которые уже почти два месяца ждут замены.
- Чувство, что лучше пробежать марафон, чем заняться близостью с партнером.
- Бутылка вина на человека каждый вечер.
- Стена между кроватью и простыни, не стиравшаяся с тех самых пор, как Эндрю по сути перестал быть ее супругом семь месяцев назад.
- Страдание, вызванное вопросами вроде: «Что приготовить на ужин?», «Чем заняться в пятницу вечером?» и «Стоит ли ложиться спать в 21:30 или лучше в 21:45?».
- Изменения в телосложении, много лишнего веса и волосы на лобке, достигающие длины, позволяющей заплетать их в косички.
- Непреодолимое желание посетить стоматолога в субботу.
- Необходимость читать в постели «Братьев Карамазовых» — нет лучшего способа защититься от романтических посягательств, чем чтение густой книги.
- Неожиданно проявившееся увлечение резьбой по дереву.
- Ощущение полной безысходности.
Проблема: фиаско рынка
Установленная Эндрю и Норой система без предварительного обсуждения основывалась на предположении, что гипотетическая «стоимость» ухода за детьми и других домашних обязанностей Норы равняется его заработной плате. Он обеспечивает семью, а она взамен ведет домашние дела, и наоборот.
Но вскоре огромный объем домашних обязанностей начал её подавлять — и, говоря честно, реальные нагрузки, с которыми они справлялись, были совсем разные. Их система обмена услугами оказалась на грани распада. Используя экономические термины, эту ситуацию можно охарактеризовать как «провал рынка». Один из признаков — постоянное недовольство Норы, её трансформация в «сварливую старушку».
Когда в реальности происходит провал рынка, экономисты иногда говорят, что в этом стоит винить не сам рынок, а его отсутствие. В семье Норы и Эндрю, как и во многих других, не была установлена «ценовая стоимость» ухода за детьми. В свои «бездетные» времена пара легко оценивала стоимость той или иной работы и честно менялись услугами, но когда на их «рынке» появились новые обязанности, связанные с детьми, это словно прошло незамеченным.
Выход: более эффективный рынок
У Норы и Эндрю были несколько путей. Первый: Нора могла бы снова вернуться на работу и нанять няню. Второй: Нора выходит на работу, а Эндрю увольняется и сидит дома с детьми. Третий: Нора ищет работу на полставки, и Эндрю поступает аналогично, а домашние дела они выполняют по очереди.
Но ни один из этих вариантов не предусматривал повышения семейного дохода. И Нору, и Эндрю такой подход не устраивал.
Однако у них был еще один, пожалуй, лучший вариант: оставить все как есть и определить цены на новые задачи, которые взяла на себя Нора, чтобы создать для них место на семейном рынке. То есть следует установить их стоимость и начать обмениваться ими на равные услуги от Эндрю.
Например, Нора считает, что за неделю готовки, стирки и глажки ей полагается хотя бы один вечер без забот, чтобы сходить на кино или встретиться с подругами. Следовательно, в этот вечер Эндрю должен будет отложить свои дела, чтобы Нора могла оставить дом под его заботу.
«Я должна была понять, чего мне хочется, — делится Нора. — И, когда я это обдумала, вспомнила, что мне не так много и нужно. Всего лишь время от времени говорить: „Эндрю, в субботу я встречаюсь с друзьями, посиди, пожалуйста, с детьми“».
Ей было вполне достаточно такой формы компенсации за её работу в роли «управляющей домашним хозяйством». И, как оказалось, Эндрю был совершенно готов возместить ей таким образом. Установив подобный обмен услугами, они смогли значительно улучшить эффективность своей команды.
К сожалению, пары часто не принимают во внимание аспекты эффективности, распределяя домашние задачи. Они придерживаются прежней модели, не проявляя гибкости, даже когда простые и не требующие больших усилий решения явно напрашиваются.
Чтобы удовлетворить всех участников процесса, совершенно не обязательно равномерно распределять обязанности. Возможны иные пропорции: 60/40, 70/30 и даже 99/1 — всё зависит от конкретной ситуации, а также от готовности людей отложить расчеты и научиться делиться и брать столько, сколько действительно необходимо, а не столько, сколько считается «правильным».
