К сожалению, многие пенсионеры сталкиваются с финансовыми трудностями, что подталкивает их к экономии на самых необходимых вещах. Высокие цены на продукты питания, лекарства и коммунальные услуги могут значительно снизить уровень жизни пожилых людей.
Согласно статистике, около 30% пенсионеров в России живут на уровне, ниже прожиточного минимума. Это приводит к тому, что некоторым из них приходится отказывать себе в пище, чтобы сэкономить деньги для покрытия других нужд.
Существуют различные организации и благотворительные фонды, которые помогают пожилым людям, предоставляя бесплатные продуктовые наборы и разного рода поддержку. Тем не менее, такие инициативы не всегда способны покрыть все потребности населения.
Непростая финансовая ситуация также оказывает влияние на здоровье пенсионеров. Неполноценное питание может усугубить хронические заболевания и снизить общую продолжительность жизни. Поэтому так важно повышать информированность о проблемах пожилых людей и поддерживать социальные программы, направленные на их защиту и помощь.
Старость – время пожить в свое удовольствие или стать ближе к земле?
Юлия Жемчужникова – психолог, автор книг, мать семерых детей.
Люди, которые заботятся о своих пожилых родителях или организовывают для них уход, вряд ли согласятся с утверждением, что в пожилом возрасте потребности индивидов уменьшаются. Как вы намерены проводить свою старость — с минимумом потребностей, как автор этой книги о старости, или же стремясь к максимально комфортному существованию?
А какая у вас пирамида потребностей?
Один из самых сильных страхов — это страх голодной или бедной жизни. На самом деле, этот страх является довольно распространённым, а его мощь в большинстве случаев основана на мифах.
Знакомы ли вы с пирамидой потребностей, предложенной Абрахамом Маслоу? В её основании находятся базовые нужды — в пище и безопасности, затем идут социальные потребности — в общении и признании, и только на высшем уровне находятся потребности самореализации.
Схожие идеи встречаются и в йоге: последовательность семи чакр, энергетических центров в теле, располагается вдоль позвоночника. Или же в старославянском понимании: жить, людин, человек (жизнь животом, сердцем и разумом).
Анализируя производственную мотивацию у работников почти сто лет назад, Маслоу пришёл к выводу, что еда — это основная и базовая потребность, и лишь при её удовлетворении человек начинает осознавать и реализовывать другие потребности. Однако количество исключений из этого правила заставляет задуматься.
Вероятно, иерархия потребностей каждого отдельного человека имеет свою уникальную структуру. У одних — расширение на уровне живота, у других — на уровне груди и рук, а у третьих — в области головы.
Таким образом, один человек не может думать ни о чём, пока не насытится, другой готов поделиться последним кусочком с близкими, отдав предпочтение заботе или общению над едой. Третий — это голодный студент или учёный. Многие великие умы, о которых мы читаем, часто забывали поесть (например, Циолковский или Ньютон). Но это касается не только учёных, это также путешественники, художники и даже дети, для которых игра и исследование в первую очередь важнее пищи.
С Абрахамом Маслоу «спорит» другой выдающийся психолог — Виктор Франкл, который изучал людей в нацистских концлагерях. Он на личном опыте и опыте многих людей подтвердил: для выживания важнее осмысленность жизни, чем просто наполнение желудка.
Среди живущих сейчас ещё есть поколение, пережившее время войны. Попросите их рассказать о своих воспоминаниях. Это был ужасный эксперимент, но многие свидетельства показывают, что голод преодолели те, у кого была причина для жизни. Причём это был настоящий, жестокий голод.
Да, они запомнили этот голод, и страх перед ним оставил глубокий след на их дальнейшей жизни (и часто на жизни последующих поколений). Люди, которым сейчас 40–50 лет, — это изобилующее поколение детей, которые испытали голод своих родителей и бабушек, привыкшие много есть и не испытывать нехватки, до такой степени, что планируют свои приемы пищи согласно расписанию, как собаки Павлова. Их страх голода — это боязнь повышения цен и уменьшения стандартов жизни, которые воплощены в переполненной продуктами корзине супермаркета.
Мой отец, который перенёс голодное детство, до сих пор испытывает напряжение из-за пищи. Мы выросли в атмосфере этого страха, который перерастает в контроль над едой и пищевое насилие.
Следующее поколение либо удовлетворяет свои желания, обжигаясь от изобилия, либо протестует, страдая от анорексии. Контроль питания стал нормой. Этот процесс отдали на самоуправление и стал способом неясного дрессировки.
Нечего есть?
На семинарах и лекциях по вопросам старости я постоянно слышу, как люди говорят, что пожилые люди страдают от голода и не могут позволить себе даже хлеб. Я обычно прошу показать хоть одного настоящего человека, умирающего от голода. В настоящее время всем «не хватает на еду». Каждый, кого спросите, скажет так. Под этим обычно подразумевается, что не хватает на кофе и полуфабрикаты, водку и окорочка, колбасу и сладости. Мои дети тоже часто жалуются: «Что, совсем нечего поесть?», подразумевая, что не хотят суп, а хотели бы печенье.
Да, цены на хлеб растут. Но есть ли среди пенсионеров те, кто не может себе позволить покупать хлеб в достаточном количестве? А что уж говорить о муке и соли, крупах и овощах?
Даже в деревнях люди постоянно жалуются на то, что «нечего есть». В соседней с нами деревне всего две бабушки держат коз и кур, а также выращивают овощи. Остальные в основном страдают от избыточного веса, покупая помидоры и колбасу в магазине, и жалуются на маленькие пенсии и отсутствие сил.
У меня есть вопрос, который может показаться крамольным: если становится трудно держать корову и особенно поросят — не является ли это знаком о том, что стоит отказаться от жирной пищи (вместо того, чтобы переходить на колбасу)? Куры и огороды требуют гораздо меньше усилий (всего лишь стоит отдохнуть от просмотра телевизора на пару часов), а сбор ягод и молодой крапивы в лесу приносит не только пользу, но и удовольствие.
А что же делать тем, кто не смог перебраться на землю и живёт в городской среде на старости лет? Я тоже не видела там голодающих. У всех есть пенсии и хотя бы какие-то социальные службы, хоть и с бюрократией и коррупцией. Я видела пожилых людей, которые растеряны стоят в супермаркетах, с грустью смотря на изобилие продуктов. Но это не есть голод.
Проблема в том, что СМИ, а особенно телевидение, постоянно томят потребительские страхи и подстёгивают необходимость больших трат, раздувая мифы о «голодающих пожилых». И то, и другое — просто выгодные небылицы.
Питание — это само собой разумеющееся. Даже рассуждения о других вариантах часто воспринимаются как недопустимое. Почему так происходит?
В пожилом возрасте полезно ограничивать себя в количестве пищи, выбирать менее разнообразные продукты, минимизировать употребление химии, а также уменьшать нагрузку на желудок. Ещё более полезно искать пути справляться с абсурдными навязанными привычками и тревогами, которые идут от общества и самих себя.
Потребности в старости — растут или уменьшаются?
Когда мы начинаем размышлять о старости (что очень важно), стоит помнить, что цель заключается не в том, чтобы удовлетворить потребности, а в том, чтобы прийти к минимуму или вовсе избавиться от них. Уменьшить количество еды несложно, находить подходящую одежду, свести к минимуму искусственный комфорт и полагаться на природу. Научиться жить в гармонии с землёй — это очень мудро.
Читаю в калужской газете о пожилых людях, оставшихся в опустошённых деревнях, статья называется «Брошеные?». Автолавка не приезжает, и воды в колодцах нет. Современные страхи.
В этом же выпуске газеты был репортаж и попытка (неудавшаяся) расследования о том, почему весь город Калуга в течение нескольких дней был вынужден употреблять покупную воду или ездить за ней на родник — вода из кранов пахнет то ли аммиаком, то ли канализацией, и СЭС не рекомендует её употреблять.
А о пожилых людях (в предыдущей статье) напечатано: они набирают снег, чтобы вскипятить воду для чая! И что из этого? Я тоже так делаю. В чистом месте ему воздух отлично подходит, а прогулка к роднику в хорошую погоду доставляет немалое удовольствие. Кроме того, в бурю можно использовать снег. Нет автолавки — это хорошая возможность обойтись без излишеств, ненужной химии и лишних затрат. Это возможность вырастить и сохранить урожай с огорода, собирать из леса, потерпеть временные лишения, в конце концов. Ведь магазин всё-таки есть в 10 км, а значит, соль и спички можно запасти.
В этом нет ничего ужасного. Общественный дом «со всеми удобствами» и окончание жизни вдали от родной земли — это гораздо более ужасный сценарий.
Хотя, конечно, я понимаю, что не все способны представить, как можно обойтись без городской жизни. В городах намного сложнее избавиться от навязанных потребностей, нужна большая сила воли. Но даже там можно понять, что истинные потребности заключаются в тепле, свете, пусть и минимально еде и доступности хороших книг из библиотеки.
Отдельное важное внимание и расходы (потребности?) требуют врачи и лекарства. Это следует заранее продумать. Нужно осознать, что привычка регулярно лечиться на самом деле является навязанной, и стараться её не формировать, а если она уже есть — стараться от неё избавиться.
Медицина — это великое и важное дело, но чрезмерное увлечение ею может быть вредным. Я полагаю, что не только лекарства, но и вся медицина должна приниматься в умеренных пределах, чтобы не навредить.
Я редко обращаюсь к врачам. Но вот сломался зуб, еду в Москву и размышляю: «Стоматология — это одно из достижений цивилизации, от которого я не могу отказаться». Меньше зубов — это меньше потребностей в избыточной пище. Это значит, что уменьшается нагрузка на желудок и другие органы.
Ошибка — это мысль о том, что нужно обеспечить старость комфортом. Лифты, центральное отопление, ванная с горячей водой и туалет делают жизнь удобнее. Но нужны ли они? К этому обязательно добавляются врачи и лекарства. Причём врачи, которым иногда приходится советовать больше гулять и которые пожимают плечами: «возраст», в то время как всё же прописывают новые лекарства и процедуры. Это продлевает эту «комфортную» жизнь, лишая шанса дожить до здоровья и уйти из жизни достойно.
Что же такое потребности? То, что употребляется, что может быть использовано, то, что необходимо? Почему, для чего? Важно разделять потребности от желаний и привычек.
Старик — это тот, кто нуждается лишь в малом. Старость — это время покоя и самодостаточности.
Несомненно, когда человек ослаблен или болен, ему требуется забота и тепло окружающих, как и в любом другом возрасте. И в любом возрасте он может обратиться за помощью или уйти из жизни.
Благосостояние — важный аспект старости. И первое, что его формирует, — не сумма пенсии, а мудрое осознание этого понятия.
