Большая семья и карьера психолога — как все успеть.
(169 оценок)
Екатерина Бурмистрова является знакомым именем для читателей родительских журналов, а также ее статьи можно найти на сайте 7е. Даже бегло пробегая глазами статью, сложно не наткнуться на строку — «психолог, мама девяти детей». Мы решили обсудить с Екатериной, которая на данный момент уже является мамой десяти детей — двоих мальчиков и восьми девочек, как ей удается совмещать эти роли. Ее старшей дочери 17 лет, а младшему сыну всего месяц.
— Катя, была ли у вас в семье предпосылка к многодетности?
— Я выросла единственным ребенком в неполной семье. Мой папа происходил из многодетной семьи, где было пять детей; однако я не имела с ними близких связей, так как они жили не в Москве. Но бабушка, вырастившая меня — мама мамы — была из семьи, где было семеро детей. Они очень поддерживали друг друга, хоть не все пережили войну. В итоговом итоге осталось трое или четверо, и отношения между ними были очень крепкими. Дядья жили в разных городах: мы единственные в Москве, поэтому они часто приезжали к нам. Летом же всех внуков отправляли к южному брату. Наверное, именно поэтому для меня родственники — это важная опора; бабушка регулярно отправляла нам массу открыток на праздники.
— В детстве, а также в юности, вы задумывались о том, что хотите большую семью?
— Нет, совсем не задумывалась. Мои родители-подруги из старших классов уверяли, что верили в то, что у меня будет много детей. Но у меня в голове было представление, что моя жизнь будет как у мамы: я не смогу создать семью, разведусь, не встречу подходящего мужчину. Мне казалось, что иметь нормальную семью — это практически невозможно.
На самом деле, если говорить о многодетных семьях, нужно интересоваться не только мамами, но и папами. Без сформированной пары такая семья вряд ли существует. Да, женщина вынашивает и вскармливает детей, но для того, чтобы эти младенцы стали полноценными личностями, нужен мужчина.
— А как вы встретили своего партнера?
— Это удивительно, как в столь молодом возрасте можно встретить свою половинку. Это был настоящий подарок судьбы. В то время я училась на психфаке МГУ и работала.
— Что подтолкнуло вас к выбору психологии?
— Мое знакомство с мамой одной из одноклассниц, которая была психологом, оказало на меня большое влияние. Она была единственным взрослым, который общался с подростками без криков и с уважением. Я решила научиться этому. В десятом классе я прекратила обучение в своей продвинутой математической школе, чтобы заработать деньги на репетиторов для поступления на психфак. Эта сумма была равна месячной зарплате моей матери. Я сменила школу на вечернюю и начала работать лаборантом у родителей своей подруги.
— А учились в университете на дневном отделении? Как это сочеталось с работой?
— Я всегда работала. С самого начала была уверена, что у меня должны быть свои деньги — на одежду, на поездки, на то, что мама не может позволить. В кафе — куда-то надо тратиться, кольца покупать? В общем, было осознание, что нужно зарабатывать.
Когда я поступила в университет, я начала два-три раза в неделю помогать вести занятия для детей. У мамы подруги была знакомая, которая вела множество кружков, и ей как раз нужен был помощник. Я также работала на продленке в одной из первых частных школ — это был проект одной из мам моих подруг. С радостью вспоминаю свою работу в частном детском саду. Эти годы были наполнены новыми открытиями в сфере детского творчества и развития.
На третьем курсе, в 1995 году, родилась моя старшая дочь, Соня. Когда ей исполнился год, я много чего узнала о родительском опыте. Плюс, я уже имела психологические знания, ведь моя специальность была «психология развития». Я разработала первую программу для детей от полутора до трех лет и начала вести подобные группы. Сейчас студии для самых маленьких с творчеством, движениями и общением мам стали распространены, а тогда люди ездили через весь город, чтобы на них попасть.
— Расскажите немного о родительских клубах.
— Они работают с парами еще на этапе подготовки к родительству. Позже уже приходят состоявшиеся родители, чтобы наладить контакт с детьми и решить некоторые педагогические проблемы. Это, на мой взгляд, явление большого города, где люди часто живут разобщенно, без поддержки. В тех клубах, где я читаю лекции — «Рождество» и «Драгоценность» — была создана очень интересная среда, своего рода пространство для обмена опытом.
Тема диплома была основана на том, что я делала на занятиях, а госэкзамены я сдавала уже будучи беременной второй дочкой, Машей. В это время у меня появлялись все новые группы, занятия для детей. Это не совсем была работа психолога, но, как я понимаю сейчас, позволило мне увидеть множество родителей с детьми и понять, как развиваются их отношения, что в дальнейшем оказалось очень полезным.
Так родились лекции о первом году жизни, а затем курсы, которые росли вместе с детьми. Можно сказать, что каждый новый ребенок стал причиной новой программы, иногда и нескольких.
Программа «Первый год жизни» появилась после того, как я прошла этот этап с дочерью. Она же легла в основу программы творческих студий для детей. Программа «Вторые дети» (сейчас она — «Дети в семье») возникла благодаря рождению второго ребенка. Вместе с ним появились и другие программы, такие как «Нежный возраст» (о возрастных особенностях детей от 1 до 5 лет) и «Ребенок с характером» — о сложностях воспитания.
— Так появился кто-то с характером в вашей семье?
— Да, были и такие личности. Когда появился пятый ребенок, старшая дочь пошла в школу, кто-то из детей уже был в детском саду, и родилась программа «Ребенок выходит в мир», посвященная социализации, выбору сада и школы, а также адаптации к ним. В то же время, после рождения пятого ребенка, я начала вести Клуб многодетных — и с тех пор делаю это ежемесячно уже почти девять лет. Туда приходят разные люди, как правило, на стадии третьего-четвертого ребенка.
Следующие наши дети — близнецы. С их приходом появились программы «Психология семейных отношений» и «Работа с гневом». Конечно, некоторые программы я постепенно «переросла», они были актуальны тогда, когда я их создавала, и предназначены в первую очередь для мам с первым ребенком, которые теперь могут их использовать.
Интересно, что во время беременности мальчиками — у нас двое, одному четыре, другой только что родился — почему-то вдохновение приходит легче. Большую часть статей для журналов и сайтов я написала именно в эти моменты.
Семейный тайм-менеджмент
— Кто заботится о детях, пока вы работаете?
— Сначала нам помогали бабушки, а затем стали появляться няни. Но мы не нанимали няню на полный день — только на время, когда нас не было дома. Это, на мой взгляд, отличный вариант, позволяющий расслабиться. Я — экстраверт, мне всегда нужны впечатления.
С тех пор, как у нас появились дети, я не работала на полный день, всегда выбирала фриланс. Я четко знала, сколько сил мне нужно оставить для домашних дел. Летом и на каникулах я никогда не работала, хотя эту «роскошь» нужно было заслужить, усерднее трудясь перед отпуском.
На данный момент помощь няни заключается в том, что несколько часов в день она помогает по хозяйству и выполняет функции взрослого помощника в семье. То есть, пока нас нет, она все убирает, готовит, следит за самыми маленькими — теми, кто не в школе и не в саду, и встречает остальных детей из садиков и школ. Этим участком рутинных задач занимается она. Думаю, что если бы не возможность нанимать помощь, у нас было бы гораздо меньше детей.
Конечно, есть мамы, которые все делают сами, но мне кажется, это очень тяжело. Объем домашних дел, который нужно выполнять слишком велик. Трудно представить, что каждый день варила бы пятилитровую кастрюлю. Но если вдруг няня не придет — мы не погибнем. Старшие дочери подросли, и я могу организовать так, чтобы уйти на лекцию или консультацию вечером, оставив девочек с малышами. Я не злоупотребляю этим — дети учатся в гимназиях, художественных и музыкальных школах.
Самый непростой период — когда все дети маленькие. И мне кажется, это основная причина, почему многие останавливаются на количестве трех или четырех детей. В этом рубеже муж подмечает, что это оптимальное количество, которое можно вырастить в рамках малой семьи, при этом совершенно не теряя себя. Есть меньше эгоизма и конкуренции, много плюсов — это реально достижимо. У нас много знакомых, кто делает тот же выбор, и я безмерно уважаю его.
— Частые беременности и роды не сказываются на вашем здоровье или здоровье детей?
— Нет, я бы не сказала. Наоборот, во время беременности я чувствую себя лучше. Считаю, что частота, с которой люди рожают (если не используют контрацепцию), — это в первую очередь индивидуальная особенность организма. У некоторых разница между родами составляет и пять лет.
Но я замечаю, что у большинства разница в два года — и ей не ощущается как что-то значительное.
— А до какого возраста удается кормить грудью?
— Обычно это продолжается до четвертого месяца следующей беременности. Каждый случай индивидуален. У нас есть две разницы между детьми — 1 год 10 месяцев и два с половиной года. Те, кто появляются через 1 год и 10 месяцев, получают грудное молоко до года и трех месяцев, тогда как те, кто с разницей два с половиной года, — примерно до двух лет.
Я не поддерживаю идею продолжения грудного вскармливания после достижения ребенком двухлетнего возраста. Даже если бы такая возможность у меня была, я не стала бы кормить дольше. На мой взгляд, длительное грудное вскармливание может оказать негативное влияние как на взаимоотношения в семье, так и на формирование у ребенка эгоцентризма.
— То есть, вы делитесь своими наблюдениями с родителями, опираясь на свой личный опыт и психологические знания?
— Верно, и не только на собственный опыт, но и на практику консультирования. После получения диплома я не стала сразу работать психологом-консультантом, хотя технически имела на это право. Я чувствовала, что мне не хватает опыта и ответственности было очень много.
Со временем я поняла, что могу давать консультации по вопросам развития детей — это случилось через семь лет после начала своей профессиональной деятельности, когда я занималась проведением семинаров и лекций. Однако вскоре стало очевидно, что в большинстве случаев проблемы детей исходят не от них самих, а от среды, в которой они растут. Поэтому стало важно работать с родителями, особенно с парами.
Когда я училась на факультете психологии, специальность «семейная психология» отсутствовала, поэтому позже я решила углубить свои знания в этой области и получила вторую специальность, обучаясь еще два года. Я стала членом Общества семейных консультантов и психотерапевтов.
В дальнейшем я поняла, что нужно изучать более глубинные аспекты. Иногда клиенты осознают проблемы на уровне семьи, но в личностном плане у них всё равно имеются сложности. Поэтому я начала получать третью специальность — нарративную психологию — также через двухлетнюю программу обучения.
— Насколько важно для клиентов, что вы воспитываете много детей?
— Почему-то да, люди верят, что это позитивно сказывается на качестве проводимых консультаций. Многие интересуются, как устроена наша семья. В противоположность классическому психотерапевту, который часто не раскрывает свои личные обстоятельства, мне нарративный подход пришелся как нельзя кстати. Здесь акцент на прозрачности: если вас что-то спрашивают и вы согласны поделиться, вы можете это сделать.
Я считаю, что процесс консультирования — это наиболее значимый способ работы с семьями.
Лекции же являются важным синтезом моего опыта, так как многие люди не получают сформированного представления о семейном воспитании. Мы и наше поколение не были воспитаны в атмосфере передачи педагогических знаний, как это происходило раньше, когда в семье росло много детей, а все были осведомлены о воспитательных методах. Мои дети прекрасно умеют развлекать младших: мой семилетний сын знает множество игр для малышей. А во время лекций с взрослыми иногда мы возвращаемся к простым потешкам, потому что этот опыт был потерян. Это необходимый элемент, который можно восстановить через занятия и лекции.
На данный момент у меня есть два сайта: личный и ресурс «Семья растет», посвященный развитию отношений в семье.
— Как вы организуете свое время между карьерой и семейными обязанностями?
— В среднем я работаю четыре-пять дней в неделю, и совместная работа с мужем делает нашу жизнь проще, так как мы оба фрилансеры. Каждый год наше расписание корректируется: если у меня лекция в определенный день, то у мужа её не будет; когда у него запланированы встречи, я стараюсь подстроить свои дела под его график. У мужа есть две сферы работы: он преподает философию для души и занимается книжной торговлей как способ заработка.
Почти всё остальное время я провожу с детьми. Ранее мне казалось, что любовь к детям возрастает, когда находишься далеко от них, но сейчас я осознала, что могу наслаждаться совместным временем, читаю, гуляю и провожу длинные часы с ними.
— Вам приходится возить детей в школу, детский сад и на занятия — все ли это недалеко от вашего дома?
— Нам повезло с садиком, который находился рядом: это заведение было необычным. Однако сейчас сменился директор, и нам придется искать новое место. Возможно, младшие дети пойдут в вальдорфский детский сад, который раньше посещали старшие.
Я считаю детский сад необходимым, но не как заведение, куда ребенка оставляют на всю рабочую неделю. Многодетной семье нужен сад для разнообразия общения: чтобы дети могли взаимодействовать не только со своими братьями и сестрами.
Утром школьников везет муж — я считаю, что за это ему стоит присвоить медаль. По возвращению могут быть водители, а кто-то из нас сам ездит. Мы также получаем помощь от волонтеров из «Милосердия» — замечательных студентов, которые возят детей на дополнительные занятия. Считаю, что такая поддержка очень важна для многодетных семей, особенно в больших городах.
— Чем, на ваш взгляд, отличаются многодетные родители от остальных? Почему некоторые из них решаются на многодетность?
— Я много размышляла на эту тему. Во-первых, это очень энергичные люди, ведь на самом деле нужна немаленькая энергия. Это живые и харизматичные личности. Они нашли свое призвание в родительстве и решили, что именно так нужно, это было их осознанное решение, а не навязанное кем-то извне. Никакая гадалка не предсказала их судьбу, и священник не говорил о запрете на предохранение. В то же время меня настораживает «идеологическая» многодетность. Это все-таки семейное решение, и важно, чтобы оно было произвольным и согласованным. Каждый случай уникален, и для каждого родителя причина выбора многодетности может быть различной — кто-то просто не может от этого уйти.
